«НЕЛЕГАЛЫ» НАСТУПАЮТ

Peugeot — 56 секунд, Alfa Romeo — 23 секунды, Chrysler Voyager — 6 секунд. Именно столько времени потребовалось “злоумышленникам”-полицейским, чтобы взломать автомобили, оснащенные заводскими охранными системами. Тест на стойкость противоугонных систем провело МВД Великобритании. Вывод англичане сделали неутешительный: большинство из проверенных машин под напором автоворов продержатся не более минуты. Хотя по всем правилам безопасности туманного Альбиона любое авто должно сдерживать атаку грабителей не менее двух минут.

Peugeot — 56 секунд, Alfa Romeo — 23 секунды, Chrysler Voyager — 6 секунд. Именно столько времени потребовалось “злоумышленникам”-полицейским, чтобы взломать автомобили, оснащенные заводскими охранными системами. Тест на стойкость противоугонных систем провело МВД Великобритании. Вывод англичане сделали неутешительный: большинство из проверенных машин под напором автоворов продержатся не более минуты. Хотя по всем правилам безопасности туманного Альбиона любое авто должно сдерживать атаку грабителей не менее двух минут.

В России, по понятным причинам, таких правил нет. Во-первых, все прекрасно понимают, что наши “помойки” и школьник без труда вскроет. Во-вторых, как отмечают специалисты, количество угонов автомобилей в России будет расти до тех пор, пока не перекроют каналы легализации ворованного транспорта.

Как отмечают специалисты, один из способов легализации ворованного авто заключается в том, что в ГИБДД регистрируют явную рухлядь, например побывавший в серьезной аварии автомобиль.

Следующий шаг — похищение идентичной машины, схожей по всем основным параметрам — модель, цвет, объем двигателя и прочее. Затем мошенник загоняет тачку в “отстойник” и прямиком ковыляет в местное отделение милиции, где пишет заявление об угоне его старого автомобиля вместе со всеми документами. Через 7—14 дней псевдотерпила вновь появляется на пороге ОВД и заявляет, что случайно обнаружил свою “ласточку” за пять кварталов от дома. Менты от радости аж слезу роняют — одним “висяком” меньше. Правда, при составлении соответствующего протокола неожиданно выясняется: по заводским номерам на агрегатах автомобиля кто-то хорошенько “прошелся” зубилом, да и документов на авто нет. Но коль хозяин говорит, что машина его, — значит, так тому и быть. Все остальное — дело техники. Экспертиза, прекращение уголовного дела, сбор возможных справок. Финал — новенькие документы на явно криминальный автомобиль. Бесспорно, самостоятельно злоумышленники могут провернуть максимум три—четыре таких дельца. Точно известно одно: у кого угонный промысел поставлен на широкую ногу, у тех обязательно существует “крыша” из числа милиционеров. Выявить и доказать преступную деятельность сотрудников правоохранительных органов в таких делах практически невозможно. По сути плохие менты, вступая в сговор с ворами, ничем не рискуют: за решетку их посадить пока не удается.

Закон они не нарушают, но свои должностные обязанности исполняют халатно. За это у нас не сажают. Самое большее, что им грозит, если попадутся, — увольнение из органов.



Мошенникам понравились наши авто

Не все доблестные стражи порядка продажны. Серьезные бандиты и честные менты из принципиальных соображений дружеских отношений между собой не поддерживают. Между ними война идет непрерывно. К сожалению, бандиты пока выигрывают...

Недавно сотрудник ГИБДД остановил новенький ВАЗ-2199 для проверки документов. Взглянув на номера, гаишник сразу же заявил владельцу о задержании машины. Причина — номер кузова, выбитый на чашке амортизатора “девяносто девятой”, имел лишнюю цифру. Когда автомобиль попал в руки экспертов, их удивлению не было предела. Единственным элементом, выдающим криминальное происхождение номерных обозначений ВАЗ-2199 — злополучная цифирь. Все остальное выполнено практически на заводском уровне. До этого случая такое высокое качество криминального изготовления номеров они встречали только у дорогих иномарок.

Вывод эксперты сделали грустный: лишняя цифра — казус, случайность и не более того. Зато тенденция налицо: если раньше мастера экстра-класса по изменению автомаркировок занимались исключительно дорогими иномарками, то сегодня они не гнушаются корпеть над отечественными авто.

Чревато это следующим: изменение идентификационных номеров при помощи точных технологий до недавнего времени cчиталось чем-то эксклюзивным и достаточно редким. Сейчас, когда преступные мастера-профи перешли на российские автомобили, с определенной долей уверенности можно предположить массовое появление ВАЗов с перебитыми номерами на пунктах учета и при регистрации в ГИБДД. Самое печальное — большинство из них будет официально поставлено на учет без каких-либо затруднений.

В регистрационных отделах сегодня в основном работает молодые сотрудники без богатого опыта и соответствующего оборудования. “На глазок” определить криминальный идентификационный номер, созданный слесарем с высшим образованием, им практически не по силам. Если руководство правоохранительных органов не озаботится повышением квалификации нового поколения экспертов, то все усилия по сокращению угонов — не более чем война с ветряными мельницами. Даже если в скором времени (как нам обещают) появится единая компьютерная база по всем автомобилям, зарегистрированным на территории РФ, то и она не исправит ситуацию. Специалисты считают, что автомобилей-двойников в ближайшее время станет еще больше.

Джокерская массовка

Этот способ легализации ворованного автотранспорта уже давно отлажен. В Питере несколько лет назад угнали Mercedes, известный в народе как “шестисотый”. Через неделю в Северной столице выявили десяток точно таких же “меринов”, похожих друг на друга, как близнецы-братья, вплоть до последней запятой в VIN-коде. Машины стояли на учете в разных отделах городского ГИБДД. Владельцы, все как один — добропорядочные граждане. Только после особо тщательной проверки эксперты из Москвы установили: все документы — фальшивые, а маркировочные обозначения автомобилей полностью изменены. Специалистам удалось выявить схему, по которой действовали преступники.

По подлинным документам злоумышленники за границей приобретали Mercedes-“донор”. Под характеристики этой машины преступным группировкам, специализирующимся на угонах, был дан заказ на двойников. Откуда именно угонялись “мерины”, можно лишь предполагать, но специалисты уверены, что большинство из них пришло на территорию России тоже из-за “бугра”.

Межгосударственные границы автомобили проходили через так называемые “дыры” (так называются участки границы, где перегонщикам удается договориться с пограничниками о нелегальном ввозе автомобиля) по подложным документам.

Тем временем машина-“донор” проходит растаможку и ставится на учет. Когда все похищенные автомобили наконец доставили в Россию, на них изменили идентификационные номера в соответствии с “донорским” VIN-кодом.

Затем основной автомобиль снимают с учета и с транзитными номерами выставляют на продажу. Одновременно с точно такими же номерными реквизитами поступает на рынок и весь остальной автопарк. Цену на эти “мерины” злоумышленники установили значительно ниже рыночной. Маркетинговый ход удался, и иномарки раскупили за неделю. Мошенники деньги поделили и легли “на дно”. Кстати, самый первый “шестисотый” так и не нашли. Видимо, продан был в другую область.

Эксперты, которые работали по этому делу, дружно отмечали: если существовала бы единая база регистрации и учета автомобилей по всей России, наверняка удалось бы разыскать и автомобиль-“донор”.