Мария Арбатова: «Люблю американские авто»

Небезызвестная феминистка, психолог и сопредседатель “Партии прав человека” ратует за соблюдение строгой дисциплины на дороге, и даже в автомобильном мире умеет жестко отстаивать свои права потребителя.

Небезызвестная феминистка, психолог и сопредседатель “Партии прав человека” ратует за соблюдение строгой дисциплины на дороге, и даже в автомобильном мире умеет жестко отстаивать свои права потребителя.


— Мария Ивановна, знаю, что меньше месяца назад вы буквально вырвали свой автомобиль из рук жадного и коварного автосервиса. Расскажите, пожалуйста, подробно эту почти кровавую историю.

— История действительно поучительная для многих. Произошла она нынешним летом, но началась год назад. Роскошный белый Chevrolet Capris 92-го года выпуска, с коробкой-”автомат” я купила у президента клуба “Автоамерика” Леонида Быкова, на тот момент моего очень хорошего, близкого друга, которому доверяла полностью. Без тени сомнения, не взяв расписки, отдала 6,5 тысяч долларов и забрала приобретение с рукописной доверенностью. Правда, робко предложила провести диагностику ненового авто. На что мне было сказано: “Как? Ты мне не веришь?! Вложишь в ремонт всего 2 тысячи баксов, и она переживет нас с тобой”. Потом выяснилось, что к моменту покупки у президента “Автоамерики” кончилась гендоверенность, но он заверил, что это ерунда, что завтра он разыщет прежнего хозяина и все уладится. Дальше началось сложносочиненное вранье : потерял телефон, забыл адрес, купил базу телефонов, она не открывается в компьютере… Вранье затянулось на полгода. Тут начались злоключения: сначала сел стартер, и президент “Автоамерики” вместе с моим сыном отвез автомобиль в сервис на Волоколамке, который работает при клубе “Автоамерика”. Там за 800 долларов устранили поломку. Некоторое время машина побегала, а потом “умерла” на Гоголевском бульваре. “Ангел” доставил ее в тот же самый автосервис, где директор пообещал привести ее в порядок за 2 тысяч долларов. Каково было мое удивление, когда через месяц ремонтных работ, без дискуссий со мной, сумма выросла до 5 тысяч долларов. Таким образом машина начинала стоить 12 300. Президент клуба “Автоамерика” при том утверждал, что жулик хозяин автосервиса и ремонт столько не стоит. Директор автосервиса заявлял, что президент клуба сказал ему, что продал мне машину за 2,5 тысячи долларов. На мое предложение взять за ремонт 2 тыс. долларов, как и договаривались, или ждать суда, оба ответили: “Судов мы не боимся!” Я пошла по юристам. Никто не решался браться, все считали дело проигрышным : ведь отдавала деньги президенту “Автоамерики” без расписки и не ожидала, что он продает мне воздух. Не став владелицей машины, я не понимала, как правильней подавать в суд на ее изъятие.

— То есть бывший друг от этой проблемы отмежевался, а автосервис машину, на тот момент практически по документам ничью, не отдавал?

— Совершенно верно. За дело взялась легендарная Людмила Трунова, защищающая заложников “Норд-Оста”. Через справочную службу нашли законного владельца авто. Парадокс, но он оказался моим знакомым. Дальше все делалось только по команде Людмилы Труновой. Бывший владелец оформил гендоверенность моей подруге. Та отправилась с нею в автосервис. Без 5 тыс. долларов ей там отказали в выдаче транспортного средства. После этого в милицию было написано заявление об удержании собственности и о вымогательстве 5 тысяч долларов. И мы, и автосервис выжидали, надеясь на неверный шаг соперника.

— Милиция начала дознание?

— Да, но так, что мы довольно быстро поняли — она эту шарашку “крышует”. Сначала мне даже намекали, что я хочу развести хозяина сервиса на “бабки”. Тут я объяснила, пойду по этому делу действующим лицом, попавшим в лапы группового мошенничества. В милиции после этого решили, что разумней будет машину, оформленную на имя моей подруги, ей вернуть, как написано в законе. У директора автосервиса в ответ была законная возможность через суд доказывать, что он оформил документы на ремонт в соответствие с законом о правах потребителей и данный ремонт стоил 5 тысяч. Или по-дружески выяснять с президентом “Автоамерики”, что тот доплачивает половину за ремонт, раз такое подсунул и подставил всех с оформлением машины. Однако автосервис, как и многие другие, уходящие от налогов, работал практически без документов. Поняв, что 5 тысяч долларов уплывают, директор автосервиса пошел на отчаянный шаг: послал ко мне на переговоры отставного генерала, в визитке которого были надписи “Ветеран внешней разведки” , “советник по экономической безопасности”. Я согласилась на переговоры только в адвокатской конторе Людмилы Труновой. Генерал сначала было по правилам “экономической безопасности” предложил мне отойти и вдвоем “разобраться”, но… говорить ему пришлось в присутствии двух адвокатов и включенного диктофона. Он тут же стушевался и предложил снизить цену ремонта до 2, 5 тыс долларов. Мы весело объявили, что у нас нет противоречий, поскольку 1,5 тысячи я уже заплатила юридической конторе, а в 1 тыс. оцениваю собственный дискомфорт за жизнь без машины в течение 3 месяцев. Так что никто никому не должен, и мы идем забирать машину. Но Людмиле Труновой этого показалось мало, для изъятия машины она вызвала независимого судебного автомобильного эксперта из НИИ. Он осмотрел машину прямо в автосервисе и составил впечатляющий протокол о ее состоянии. Один тот факт, что после ремонта в 5 тысяч долларов спидометр не функционировал, а глушитель был прикручен проволокой, говорит за себя. Весь ремонт, по словам эксперта, был произведен где-то на сумму в 1 тысячу долларов. Он сказал, что подобный коэффициент “наколки” практикуют почти все автосервисы, пользуясь технической и юридической неграмотностью наших сограждан. Кстати, при особой вредности на основании этого акта я могла бы даже подать в суд на сервис и отсудить кучу денег.

— Поздравляю вас, инцидент закончился благополучно, вы выиграли и теперь являетесь примером для окружающих. Интересно, на дороге вы себя ведете столь же активно? Какой вы вообще водитель?

— Не очень хороший. В Москве крайне редко сажусь за руль. И, честно говоря, не имею достаточно времени для совершенствования водительского мастерства. Но, к счастью, у меня есть замечательные сыновья-близнецы Петр и Павел, музыканты группы “Инки”. Правда, Павел никак не получит “права”, зато Петр водит великолепно и когда нужно исполняет роль моего водителя.

— Почему ваш выбор пал именно на “американца”?

— Во-первых, это авто древнее, такая модель уже не выпускается, а я особенным образом тяготею к старине. Во-вторых, она просторна и удобна, как комната. В ней можно сидеть раскинувшись, вытянув ноги, не уставая. При необходимости, когда ребята едут на репетицию или концерт, в багажник помещаются все инструменты группы “Инки” — гитары, тарелки, барабаны; плюс весь состав группы: три человека на переднем сиденье и четыре сзади. Где еще такое возможно?! Сколько я ни сравнивала салоны этой машины и другого дорогого навороченного транспорта, всегда в пользу своей машины. Это автомобиль нью-йоркских полицейских со специальным мощным “кенгурином” для тарана спереди. У нее имеются минусы, но не слишком существенные: на таком громоздком танке страшно ездить по гололеду, а с задним приводом можно серьезно засесть на непролазной дороге, да и бензина она ест за троих.

— А отчего вам не нравится, допустим, популярный, престижный Mercedes?

— Ездить на этой марке считаю дурным тоном. В России Mercedes имеет культорологический ярлык неинтеллигентной машины. И на западе это либо такси, либо машина “турецких булочников”. Да и дизайн его мне не нравится.

— Какой тогда привлекает?

— Я люблю большие, американские машины и наши от них производные, всякие “Волги, “Победы”. Хотя до Chevrolet Capris мы ездили на обычных отечественных белых “Жигулях” — “шестерке”.