Госавтоинспекции пора менять стиль и методы работы

Ряд положений о безопасности дорожного движения изрядно устарел и подчас не всегда соответствует реалиям сегодняшней автомобильной жизни. Будет ли что-то меняться в деятельности Госавтоинспекции, наш корреспондент Дмитрий ЗЛЕНКО выяснял у начальника Департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД РФ генерал-лейтенанта милиции Виктора КИРЬЯНОВА.

Ряд положений о безопасности дорожного движения изрядно устарел и подчас не всегда соответствует реалиям сегодняшней автомобильной жизни. Будет ли что-то меняться в деятельности Госавтоинспекции, наш корреспондент Дмитрий ЗЛЕНКО выяснял у начальника Департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД РФ генерал-лейтенанта милиции Виктора КИРЬЯНОВА.


ДОСЬЕ

КИРЬЯНОВ Виктор Николаевич, генерал-лейтенант милиции

Родился 29 декабря 1952 года в городе Тихвине Ленинградской области. Образование высшее: окончил Северо-Западный политехнический институт. Кандидат юридических наук. В органах МВД с 1974 года. Начинал службу инспектором ДПС, затем стал начальником МРЭО в Тихвине. В 1994 году переведен в Санкт-Петербург, где прошел путь от руководителя отдела по регистрационно-экзаменационной работе до начальника петербургской ГАИ. В 2001 году переведен в Москву на должность заместителя начальника ГУ ГИБДД МВД РФ. 18 марта 2003 года был назначен начальником ГУ ГИБДД МВД России.


— Виктор Николаевич, вы постоянно говорите об одних и тех же проблемах: высокая аварийность в стране, низкая дисциплина водителей, несовершенная законодательная база… Судя по тому, что круг проблем не меняется ни в лучшую, ни в худшую сторону, у граждан складывается ложное ощущение, будто Госавтоинспекция не трудится…

— Обвинять ГИБДД в бездействии самая простая, я бы даже сказал — обывательская позиция. Я не хочу оправдываться пространными фразами, просто приведу факт: по итогам 2004 года отмечено сокращение числа погибших в ДТП на 3,1 процента по сравнению с 2003 годом. В абсолютных цифрах это свыше 1000 человек. Вдумайтесь — ты-ся-ча человек остались живы! Кстати, снижение смертности в произошло впервые за несколько лет.

— Но не странно ли: когда аварийность растет, так виноваты чересчур либеральные законы, когда снижается — так это заслуга ГАИ?..

— В этом вопросе нельзя делать однозначных выводов на тему: кто виноват и где чья заслуга. Давайте посмотрим на конкретные примеры. Скажем, когда мы добились ужесточения ответственности за управление автомобилем в нетрезвом состоянии, число так называемых пьяных ДТП снизилось на 20 процентов. Согласитесь, немало. Примерно такое же снижение наблюдается и среди водителей, отказывающихся проходить тест на трезвость. Признайтесь, вам разве не хочется чувствовать себя на дороге безопасно или вы предпочитаете ездить со страхом, что какой-нибудь любитель принять на грудь вырулит на встречную полосу или проедет перекресток на запрещающий сигнал светофора? Увы, еще далеко не все наши сограждане прониклись проблемой безопасности дорожного движения и порой недооценивают опасность сложившейся ситуации. А ведь если говорить языком экономики, то дорожно-транспортная аварийность ежегодно наносит колоссальный ущерб, составляющий порядка 2,5 процента от внутреннего валового продукта! Эта цифра сопоставима со вкладом в ВВП отдельных отраслей экономики. Это беда национального масштаба. Сотрудники моего ведомства трудятся над решением этой проблемы, порой позабыв об отдыхе и выходных, поэтому нам обидно слышать голословные упреки в бездействии.

— Давайте тогда перейдем к конкретике. Что положительного сделано вашим ведомством за минувшие годы?

— С представителями различных министерств и ведомств у нас сложились хорошие деловые отношения, и теперь в сфере дорожной безопасности мы действуем как единый, целый организм. Провели парламентские слушания и совместно с законодательной ветвью власти выработали концепцию нашего дальнейшего сотрудничества. Нам удалось добиться ужесточения законодательной базы по целому ряду позиций, и работа в этом направлении не прекращается по сей день. Изменены некоторые ведомственные приказы, призванные облегчить жизнь автовладельцам, сделать нашу деятельность более «прозрачной» и «перекрыть кислород» криминалитету. При нашем непосредственном участии в прошлом году была создана Федерация автомобильных школ России, деятельность которой поможет существенно повысить контроль за качеством обучения. Не стоит забывать, что практически весь прошлый год наше ведомство было «заложником» административной реформы — произошли глобальные кадровые и структурные изменения. Такая внутриструктурная реорганизация, несомненно, положительно скажется на дорожной безопасности. Да много чего было сделано... Возможно, для вас то, что я перечислил, — это не больше чем слова, но поверьте — за этим стоит титанический труд всего нашего коллектива.

Хулиганов к ногтю!

— Вы затронули вопрос об ужесточении дорожного законодательства. Неужели вы считаете, что сегодня только кнутом возможно сбить «девятый вал» аварийности, ведь любое ужесточение законов воспринимается гражданами, мягко говоря, в штыки?

— Не путайте либерализм и демократию со вседозволенностью. Права и свободы одного гражданина заканчиваются там, где они покушаются на права и свободы другого. Принятая автомобильная глава ныне действующего административного Кодекса РФ оказалась неправильно истолкована большинством российских автомобилистов, и у многих возникло чувство безнаказанности. Нарушение Правил перестало восприниматься как нечто постыдное и недопустимое. Более того, некоторые водители даже хвастаются друг перед другом своими нарушениями, за которые не понесли ответственности. По-моему, достаточно цацкаться с дорожными хулиганами — пора призвать их к ответу. Но, увы, никакой другой механизм, кроме экономического, на людей не действует так эффективно — работает только кошелек. Разве правильно, когда за проезд на красный сигнал светофора предусмотрен штраф в 100 рублей? Если поднять статистику, то вы ужаснетесь, сколько людей гибнут и получают серьезные травмы именно из-за этого вида нарушения. Получается, что сегодня цена человеческой жизни равна 100 рублям?! Водители заранее программируют себя на совершение административного проступка. К примеру, нарушение скоростного режима — одно из самых распространенных явлений на дороге, и абсолютное большинство водителей сознательно закрывают глаза на показания спидометра, потому что в голове у них выстроилась своеобразная таблица: превысил установленные ограничения на 20—40 км/ч — заплачу 100 рублей, на 40—60 км/ч — 300 рублей… Если что, то еще и договорюсь с инспектором на месте за меньшие деньги. Одним словом, штраф в 50—100 рублей не удерживает от административного «преступления». И где, спрашивается, неотвратимость наказания?..

— Вот и давайте тогда поговорим о взятках, которые нередко и препятствуют справедливому отправлению правосудия.

— Мое отношение к взяткам и поборам на дороге однозначно отрицательное. От нечистых на руку инспекторов мы без сожаления избавляемся. Но пусть вам и покажется странным, но прямой причинно-следственной связи между мздоимством и аварийностью нет. Хотя косвенно это сказывается.

— Госавтоинспекция ратует за увеличение штрафов. Не кажется ли вам, что это лишь повысит размеры взяток, не более того?

— Не буду кривить душой и отрицать, что проблемы мздоимства у нас нет. Но давайте зададимся вопросом: а почему существует эта порочная система? Мы проводили много исследований, и в абсолютном большинстве случаев сами водители суют инспектору деньги. А когда инспектор принципиален, его начинают обвинять, как ни парадоксально, в вымогательстве. Следующий момент: почему водители предпочитают расплатиться на месте? Да потому, что сегодняшние процессуальные процедуры отнимают слишком много времени как у инспектора, так и у нарушителя. Еще один фактор — социальная незащищенность моих сотрудников, ведь сегодня некоторые из них не дорожат своей работой, потому что не осталось ни льгот, ни социальных гарантий, ни достойной зарплаты. Я никого не оправдываю, коррупция — это ужасно, но таковы сегодняшние реалии. Необходимо создать такую систему взаимоотношений, при которой инспектору будет невыгодно брать взятку, а водителю — ее давать. Отвечая на поставленный вопрос об увеличении сумм взяток, скажу, что, наверное, они увеличатся, но и это тоже будет сдерживающим фактором. Ведь ты сегодня за нарушение отдашь, скажем, тысячу рублей, завтра, а вот послезавтра уже подумаешь о соблюдении Правил и о сохранности семейного бюджета. Я всегда говорил — не нарушай и не будешь платить.

— А в свою инспекторскую бытность вы расходились с нарушителями «без протокола»?

— Не составить протокол за «вознаграждение» — это противозаконно и уголовно наказуемо. Я в своей работе всегда действовал и действую в рамках правового поля, не выходя за его пределы.

— И последний вопрос на тему «оборотней в погонах». Вам известны приблизительные объемы взяток, оседающие в инспекторских кошельках?

— Понимаю, что журналистская работа подразумевает поиск сенсаций и компромата. Мелкое «щипачество» со стороны инспекторов — безобразие, с которым, как я уже сказал, мы боремся. Но это не та проблема, которую столь активно надо муссировать. В стране каждый год гибнут более 35 000 человек. И вы все-таки определитесь, на что следует расходовать энергию: на выплескивание ушатов грязи на ГАИ, причем зачастую необоснованно, или на созидание — пропагандирование безопасности движения. В 2004 году сотрудники моего ведомства выявили 40 миллионов 600 тысяч грубых административных правонарушений, в числе которых 1 200 000 — «управление транспортным средством в нетрезвом состоянии». Подчеркиваю — выявили и составили протоколы! Если бы в Госавтоинспекции поголовно все и вся брали взятки, как вы пишете, таких результатов работы не было бы. Поверьте, в Госавтоинспекции преобладают порядочные люди, настоящие офицеры, на которых и держится служба.

— На что потратить свою энергию, обещаю подумать, а пока хотелось бы поинтересоваться вот чем: говорят, что ДОБДД намерен через пять лет снизить в два раза количество смертей в автокатастрофах. Насколько это реально сделать за такой короткий срок?

— Быть может, это чересчур амбициозно, но такую задачу перед собой мы действительно поставили. Последние несколько лет научно-исследовательский центр при ДОБДД и ряд других наших высококлассных специалистов анализировали статистику как российской, так и зарубежной аварийности, поднимали нормативно-правовые акты (вы даже не представляете, сколько бумаг и талмудов пришлось переворошить). Собранный материал обобщали, анализировали каждую позицию и в результате выдали развернутую программу по оптимизации нашей деятельности и нормативно-правовых документов.

Госавтоинспекция сейчас работает методами, разработанными четверть века назад. Для эффективной деятельности нам пора менять стиль и методы работы. Так вот, со своей программой мы обратились в Центр стратегических разработок при Правительстве России, специалисты которого свежим, так сказать, взглядом посмотрели на проблему аварийности в стране. На суд публики они представили развернутую программу, внедрение которой действительно позволит уменьшить смертность на дорогах в два раза. На реализацию задумки уйдет не один год, и для этого придется существенно изменить отдельные позиции дорожного законодательства. Будут внесены коррективы в нормативные документы, касающиеся качества подготовки водителей. Станут совершенствоваться и методики приема квалификационных экзаменов. Мое мнение таково — кандидатов в водители надо не дрессировать на сдачу экзаменов, а обучать реалиям дорожной жизни. Есть намерение изменить кое-что и по медицинской части. Основная причина смертности в ДТП — несвоевременно оказанная первая помощь. Лишь 3 процента пострадавших гибнут в момент происшествия, а 55 процентов — в ожидании кареты «скорой помощи». По данным Всемирной организации здравоохранения, если помощь оказывается в течение 9 минут после аварии, то жизнь пострадавшему можно спасти в 90 процентах случаев. Если в течение 18 минут, то человек выживает в 15 процентах случаев. Прежде всего нам необходимо наладить взаимодействие между спасателями, пожарными, медиками и усовершенствовать систему оповещения. Также считаю необходимым обучить оказанию первой медицинской помощи сотрудников Госавтоинспекции, которые одними из первых прибывают на место трагедии, а также всех водителей, чтобы любой очевидец ДТП мог оказать доврачебную помощь пострадавшему. Об этом можно очень долго рассказывать. Это огромный комплекс мер, касающийся многих служб, министерств и ведомств.

— А не кажется ли вам, что одна из главных бед вашей службы в том, что сотрудники ГАИ занимаются чем угодно, но только не профилактикой ДТП: вы и с террористами боретесь, и с контрабандистами, и с фальшивомонетчиками?..

— Госавтоинспекция — это часть милиции общественной безопасности, и мы исполняем свои функции, прописанные в законе РФ «О милиции». Представьте, если кого-то будут убивать, а сотрудник ДПС, наблюдая это, останется стоять в стороне и следить за тем, чтоб всеми соблюдались ПДД. Это же абсурд. Ну и подумайте сами, если инспектор, проверяя на посту документы на автомобиль, перестанет смотреть сопроводительные документы и прочее, то это приведет к небывалому разгулу преступности. Но я с вами согласен, что сегодня на сотрудника ГАИ возложено обязанностей как ни на какого другого милиционера. Перераспределение зон ответственности, безусловно, должно произойти, и в этом направлении мы тоже работаем.

— А когда вы станете независимой структурой, ведь сегодня руководитель районного отдела ГАИ зависит и от начальника управления региональной ГИБДД, и от начальника УВД (ОВД), и от префекта или главы района?

— Согласен, что принцип единоначалия просматривается с трудом. Руководитель отдела ГАИ, по сути, разрывается между тремя начальниками, дающими порой противоречивые указания и установки. Этот вопрос мы тоже прорабатываем.

Машины для убийства

— Проясните ситуацию с техосмотром. Довольно долго ходят слухи, что ДОБДД намерен передать сию процедуру в частные руки…

— Государственных функций с нас никто не снимал. Проверять подлинность документов, «пробивать» по базам данных, сличать номера узлов и агрегатов будем, как и прежде, мы. А вот техническую составляющую вопроса передадим специалистам. Также мы планируем привлечь мощности крупных автотехстанций для проведения ГТО: машина прошла плановый ремонт и тут же может получить «лобовичок». Таким образом хотим внедрить систему, при которой плановое и внеплановое техническое обслуживание автомобиля станет неотделимо от безопасности дорожного движения.

— Да, но ведь есть малоимущие слои населения, которым не по карману ремонтироваться в автосервисах.

— Более половины транспортных средств в нашей стране эксплуатируется свыше 10 лет. Такие автомобили не оборудованы ни подушками безопасности, ни системами встроенной диагностики, ни хорошими тормозами. Это очень опасный транспорт, и если закрыть глаза на техническую составляющую вопроса, то он становится смертельным оружием. Какое дело жене и двум маленьким детям, потерявшим в автокатастрофе отца, что у виновника аварии не нашлось денег, чтобы починить, скажем, тормоза или рулевое управление? Речь идет о человеческих жизнях, и если не можешь содержать машину, ищи иные способы передвижения.

— Убедили. А как быть с плохим качеством дорог, отсутствием искусственного освещения, разметки? Это ведь тоже вносит свой вклад в статистику аварийности.

— Существует, к примеру, программа «Обустройство федеральных автомобильных дорог искусственным освещением на период 2002—2010 годы», но, увы, в полной мере не обеспечивается ее финансирование. Однако думаю, что скоро все встанет на свои места, — о проблемах с безопасностью на дорогах знают на самом высоком уровне и не остаются безучастными. Ничто не приносит таких финансовых и в первую очередь людских потерь, как дорожное движение. Сохранение жизней россиян — это, ни много ни мало, вопрос национальной безопасности.

— В крупных городах с заторами просто беда, вы об этом не понаслышке знаете.

— Быть может, я скажу заезженную фразу, но «пробки» — это головная боль всех многомиллионных городов мира, от этого никуда не деться. Если я на проблемный перекресток или участок улицы поставлю двадцать инспекторов — они проблему не решат. Надо строить новые дороги, реконструировать старые, возводить эстакады, принимать, в конце концов, какие-то административные меры. Однако в России ситуация усугубляется мелкими авариями.

В прошлом году таковых случилось свыше полутора миллионов. И вот из-за притертости бамперов или небольшой царапины на крыле автомобилисты по два-три часа вынуждены ждать инспекторов ГАИ, чтобы оформить материалы для страховой компании. А из-за этого и образуются заторовые ситуации. Я давно говорю о необходимости упрощения процедуры оформления мелких ДТП. Надо, чтобы было как во всех цивилизованных странах мира: вышли, обменялись полисами и разъехались.

— Вы довольны тем, как работает «автогражданка»?

— Обязательное страхование гражданской ответственности водителей — мощный инструмент по формированию водительской культуры. Правда, он работает еще не слишком эффективно. У нас есть задумка ввести повышающий коэффициент для злостных нарушителей ПДД и понижающий для культурных водителей. Если нарушил — заплатишь не только штраф, но и переплатишь за полис. Это обычная практика за рубежом.

— Простите, Виктор Николаевич, но в ходе нашей беседы сложилось впечатление, что вы очень болезненно реагируете на критику.

— На конструктивную критику никогда не обижаюсь. Напротив, приветствую ее, поскольку у нас на многое «замыливается» глаз, мы не замечаем очевидных вещей. Но вот когда нашу работу начинают беспочвенно и огульно хаять — это очень больно слышать. Но, несмотря на это, мы не опускаем рук и продолжаем служить на благо общества.