Правдивая ложь

Соседка снизу ворвалась ко мне с широко раскрытыми от возмущения глазами и минуты три не могла вымолвить ни слова. Я уж подумал, что где-то что-то лопнуло и ваш корреспондент в очередной раз залил бедолагу. Но тут дама обрела дар речи:— Ты, я знаю, с большими чинами из ГАИ на короткой ноге. Звони!..Понятно, мелькнуло в голове, ее благоверный, любитель ездить подшофе, наконец-то попался. Но отказать в подобной помощи вновь не успел.

Соседка снизу ворвалась ко мне с широко раскрытыми от возмущения глазами и минуты три не могла вымолвить ни слова. Я уж подумал, что где-то что-то лопнуло и ваш корреспондент в очередной раз залил бедолагу. Но тут дама обрела дар речи:

— Ты, я знаю, с большими чинами из ГАИ на короткой ноге. Звони!..

Понятно, мелькнуло в голове, ее благоверный, любитель ездить подшофе, наконец-то попался. Но отказать в подобной помощи вновь не успел.

— Вчера в автошколе, где я учусь, объявили, что, возможно, мне придется посещать занятия не три месяца, а полгода, а значит, доплатить за обучение. Вроде какие-то изменения приняты. Узнай, должны ли люди, заключившие договор с курсами на одних условиях, соглашаться на их изменения в связи с новыми законами, ведь двести «баксов» для меня не лишние...

Эх, милая, подумал я. Не о том думаешь. Получить, пусть и за приличную дополнительную сумму, настоящее шоферское образование — того стоит. Скажем, люди, всерьез обеспокоенные проблемой своей безопасности на дороге (а значит, и безопасностью родственников, друзей и совершенно посторонних им граждан), за пятинедельные курсы контраварийной подготовки профессора Цыганкова выкладывают $900! Правда, платят за то, что их обучает человек, преподававший науку выживать на дороге водителям первых лиц государства и сотрудникам спецслужб, разработавший уникальную теорию и методику обучения управления авто. Другими словами, за то, чего нет сейчас ни в одной автошколе. Как ни страшно это звучит, но в этих школах попросту отсутствует предмет обучения (!), а программы, утвержденные Минобром и Минтрансом, годны разве что для отрабатывания трогания с места и приобретения теоретических знаний. Достаточно сказать, что по системе Цыганкова отрабатывается 65 навыков контраварийного вождения, в автошколах — не более пяти. Только на тренажерах профессора вас заставят выполнить как минимум 12—15 тысяч движений, а на зимних практических занятиях не менее 200 раз поставят в занос. Причем на скоростях в 120—150 км/ч. Максимум же, на что может рассчитывать курсант среднестатистической школы, — езда по пятачку смешных размеров со скоростью 40 км/ч, и хорошо, если инструктор расскажет ему (показать ну никак не удастся), что такое начало заноса. И тут сколько ни продлевай сроки обучения — результат всегда будет одинаковым. Стремящимся к нулю.

Иначе говоря, реформа автошкол должна начинаться не с их сокращения и не с увеличения времени подготовки будущего водителя — все это приведет только к значительному удорожанию бесполезных услуг. Необходимо разработать совершенно иные программы и методики, причем не силами Минтранса, Минобра и ГАИ, а на конкурсной основе. И обеспечить школы, которые получат право учить выживанию на сомнительных российских дорогах современными автодромами (в некоторых странах под такие полигоны отводятся площади в 200 га). Именно сюда должны пойти миллиарды государственных рублей, полученные ведомствами на повышение безопасности дорожного движения. А не на выпуск смешных с этой точки зрения знаков типа «Осторожно, бассейн»...