Корки с авторазборки

Прапорщик Приходько как средство измерения

На вынужденный эксперимент пошли строем гаишники города Чусового Пермского края: так и не научившись пользоваться спидганами, видеокамерами и прочими средствами измерения, они приняли на вооружение старые методики выявления нарушений ПДД. Теперь главным прибором обнаружения им служит... прищуренный левый глаз.

Первым убедился в этом потомственный водитель города Чусового Дмитрий М.: однажды остановленный инспектором ДПС Шатуновым, он не поверил своим глазам — придорожный милиционер (в отличие от Дмитрия глазам своим верящий) принялся измерять светопропускную способность стекол автомобиля... на глаз. Убедив себя, что уровень их затемненности превышает допустимый ГОСТом, зоркий гаишник состряпал протокол и передал его в “разбор” капитану Чекменевой. Последняя, недолго думая, всучила Дмитрию постановление о предупреждении.

Дмитрий рассвирепел и подался в суд с требованием признать предупреждение незаконным!
Судья Чусовского городского суда товарищ Юркина допросила инспектора ДПС Шатунова в качестве свидетеля. “Свидетель” Шатунов, не моргнув “измерительным прибором”, заявил: у нас, мол, в Чусовом, все так определяют — если пленка на краях стекла отслаивается, стало быть, слишком... темная! Судья Юркина, говорят, даже не поперхнулась!

Для пущей важности Юркина вызвала в суд и приговорившую Дмитрия к легкому наказанию капитана Чекменеву (тоже в качестве свидетеля!), которая вообще не видела, за какими стеклами скрывался опальный Дмитрий. Капитанша чистосердечно призналась, что... понятия не имеет, как и чем должна измеряться светопропускная способность стекол.

Но суд, разделивший точку невооруженного зрения гаишников, в удовлетворении жалобы отказал.

А потому и по сей день судье и местным милиционерам, неизвестно, что уровень тонировки стекол измеряется только прибором под названием “Тауметр”, при этом (как гласит, в частности, приказ МВД №297) “запрещается применение средств измерения, не прошедших метрологическую поверку”. Во как все серьезно!

Но пермские гаишники, окрыленные успехом, вознамерились вовсе отказаться от использования каких-либо средств и ходатайствовать перед сертифицирующими органами о признании средством измерения левого глаза и правой ноздри. С выдачей соответствующих сертификатов. Для установления факта превышения скорости они уже сегодня готовы выпускать на дорогу прапорщика Приходько, который, являясь чемпионом края по спортивной ходьбе, развивает максимальную скорость 60 километров в час. Водителей, обогнавших прапорщика Приходько, чусовские гаишники уже приготовились доставлять к небезызвестному судье.

А вот выявлять превышение выбросов отработавших газов в пермскую атмосферу придорожные милиционеры намерены еще более простым способом — натягиванием ноздри запыхавшегося прапорщика Приходько на выхлопную трубу...

О двух Павлах, одном констебле и сержанте Козодаеве

Чисто английская история, давненько рассказанная не помню уж точно кем, так бы и осталась валяться в закромах переполненной памяти, если б однажды не оказалась поставленной на российской сцене и не разыгралась бы прямо на моих изумленных глазах…

“Мы медленно ехали в пробке по лондонской улице Хайгейт Вест Хилл, — вспоминая поездку по Великобритании, вещал мой случайный собеседник. — За рулем был мой приятель Павел… Позади нас медленно двигалась полицейская автомашина. Надо отдать должное — английские полицейские всегда пристегиваются ремнями безопасности, подают пример законопослушного поведения за рулем и без крайней необходимости не требуют уступать им дорогу. И вдруг ее водитель включил проблесковый маячок, а затем и сирену. Все автомобили начали сдавать влево к обочине (в Англии все еще левостороннее движение). То же самое сделал и Павел.

Однако неожиданно раздавшийся рев сирены заставил Павла вздрогнуть — он резко взял влево и задел припаркованный автомобиль. Полицейская машина тут же остановилась, из нее вышел почувствовавший свою вину констебль, подошел к Павлу и, присев на корточки, чтобы не разговаривать с ним свысока (!), представился и спросил: “С вами все в порядке?”. Павел резко ответил, что он испугался воя сирены и по этой причине едва не выронил руль.

Констебль извинился и объяснил, что он получил по рации срочный вызов и был вынужден поторопиться. Затем с тревогой в глазах он справился о самочувствии Павла и необходимости оказания нам медицинской помощи. Получив ответ, что у нас все о‘кей, искренне порекомендовал нам не принимать случившееся близко к сердцу, учтиво оставил нам две свои визитные карточки, одну — для нашей страховой компании, другую — для страховой компании поврежденного нами автомобиля и, еще раз извинившись, даже не проверив наши документы (!), удалился…”.

Вряд ли вспомнилась бы сия буржуазная байка, если б такой же Павел, в Москве на улице Газгольдерной не попал бы в такую же историю. Только здесь, никуда не опаздывая, а куража ради на хвост ему с люстрами и воплями сирены сел наш, российский сержант — Козодаев…

Ежели бы Павлам довелось по жизни свидеться, насчитали бы они почти чертову дюжину “сюжетов”, выгодно отличающих констебля аглицкого от нашего консте...

А сколько отличий, опираясь на собственный опыт, насчитаете вы? Айда за калькулятором!