Форменный разбой

Как установило следствие, «оборотни» трудились на питерских дорогах аж с 2005 года!

Как установило следствие, «оборотни» трудились на питерских дорогах аж с 2005 года!

Водители-дальнобойщики уверены, что сотрудники ГАИ — это не стражи дорожного правопорядка, а «соловьи-разбойники». Нет, правда: любой дальнобойщик в красках расскажет о таксе прохода поста ДПС, о санкциях, которые применяют гайцы за вывешенные на лобовое стекло, но не соответствующие действительности таблички с надписями «Пустой» или «Госгруз» (об этом подробнее читайте на стр. 22)... И когда дальнобойщика в чистом поле тормозит человек в милицейской форме, шофер безропотно подчиняется требованию, подсознательно понимая, что носитель погон, возможно, отнюдь не прислужник закона, а уголовник. Впрочем, разница между одним и другим настолько ничтожна, что водителю все равно, кто его ограбит — мент или урка.

Наверное, именно благодаря подобной водительской философии и смогла так долго (аж 4 года!) успешно существовать троица лжегаишников, грабивших дальнобойщиков как в самом Питере, так и в его окрестностях. Обчищенных водил во внешности «оборотней» не смущало даже то, что они были выряжены кто во что горазд: один в летнем обмундировании, другой в зимней форме, а на третьем из всех милицейских атрибутов имелась лишь ядовито-зеленая жилетка с надписью «ДПС» на спине.

Третье августа 2005 года. Около 2 часов ночи бандиты остановили грузовой Mercedes, перевозивший 25 тонн свинины из Бразилии. Водителя попросили пересесть в патрульную машину якобы для детальной проверки документов на груз. Но как только бедолага оказался в авто у псевдогаишников, получил удар по голове и отключился. Очнулся шофер несколько часов спустя пристегнутым наручниками к трубе на каком-то складе. Вскоре появились трое в черных масках, накинули ему мешок на голову, сняли наручники, усадили в машину и вывезли в лес. К счастью, на этом злоключения пленника закончились — он оказался на свободе.

Именно этот водитель и рассказал милиционерам о странной одежде лжегаишников. Сыщики уголовного розыска предположили, что в составе преступной группы есть бывший или действующий сотрудник ГИБДД, поделивший на троих выданные ему комплекты форменного обмундирования. Но вот вопрос: бывший или действующий гаишник? Ведь от этого очень сильно зависит круг поиска.

Пока опера ломали головы над этим вопросом, грабежи дальнобойщиков в Санкт-Петербурге и пригороде продолжались. Бесследно исчезали фуры, битком набитые дорогостоящими товарами. Бандюки не брезговали ничем: брали и шмотки, и бытовую технику, и мясо, и фрукты... Короче говоря, редкий месяц обходился без двух-трех «гоп-стопов». Но несмотря на то что «клиентов» у разбойников было хоть отбавляй, никто из них не смог толком описать налетчиков: говорили только, что ездят они на белом ВАЗ-2110.

Шли годы, но выйти на след бесчинствующих преступников не удавалось. И лишь в конце 2007 года, а именно 26 декабря, у сыщиков наконец-то появилась первая зацепка. Возле кафе на Двинской улице «оборотни» напали на водителя фуры Volvo F12, перевозившего репчатый лук из Голландии да марокканские мандарины. Дальнобойщика по стандартной схеме пригласили пересесть в легковое авто для проверки документов, «отоварили» тяжелым предметом по голове, завезли на склад, потом в лес...

Короче говоря, когда ограбленный шофер пришел в милицию писать заявление, неожиданно вспомнил, что очень давно где-то встречался с одним из налетчиков. И вдруг его осенило: лжегаишник, остановивший его перед ограблением на Двинской улице, лет пять-шесть назад работал на посту ДПС на трассе Москва—Питер. А запомнился инспектор потому, что вымогал крупную сумму денег на пустом месте.

Установить личность подозреваемого сыщикам не составило труда. Им оказался некто Игорь Широков, уволенный в 2005 году из органов за получение взятки. Мужчину взяли в оперативную разработку. Через несколько дней стали известны имена и двух других участников банды. Галеб Агабалаев был лидером преступной группы, а по совместительству являлся генеральным директором фирмы, через которую, как позже выяснилось, и легализовывалось награбленное. Третий разбойник — неработающий Лукман Гаджиев — был в банде «мальчиком на побегушках», делал всю черную работу.

В начале января 2008 года преступников задержали, и с этого момента начались долгие месяцы следствия. Сыщики уверены, что на счету арестованных около сотни криминальных эпизодов (об этом свидетельствуют некоторые косвенные доказательства), но, как говорится, подозрения к делу не пришьешь. Однако даже доказанных 18 случаев преступной деятельности хватило, чтобы изолировать «оборотней» от общества на 5–8 лет.