Пошел по Памиру

Первый двухколесный транспорт у москвича Сергея КРУГА появился в 11 лет, с той поры он не мыслит без него своей жизни. Сейчас ему 42, у него жена Регина (тоже большая любительница мото), 12-летний сын Леша, собственная мотошкола и большое желание объехать весь мир на байке.
Первый двухколесный транспорт у москвича Сергея КРУГА появился в 11 лет, с той поры он не мыслит без него своей жизни. Сейчас ему 42, у него жена Регина (тоже большая любительница мото), 12-летний сын Леша, собственная мотошкола и большое желание объехать весь мир на байке.

— Если честно, у меня даже нет водительской категории “Б”, не люблю я машину водить. Вот мотоцикл — это мое! — признается Сергей КРУГ. — Для нас с женой съездить на выходные к морю — обычное дело. И сына я учу кататься, он уже вовсю ездит на мопеде.

А когда в Москву приходит зима и сезон “мото” заканчивается, Сергей отправляется в теплые края, арендует мотоцикл и катается вволю по городам и весям. “Я часто сижу и кручу интернет-глобус. Смотрю на места, в которых еще не побывал, прорабатываю в голове маршруты. А потом, когда выпадает возможность, все воплощаю в жизнь”, — говорит Сергей. В 2010 году он планирует отправиться в Магадан (примерно 10 тыс. км в одну сторону). А пока предлагаем вашему вниманию путевые заметки из удивительной поездки по Памиру.

* * *

“…Когда-то у меня была мечта — посмотреть старые города Востока: Фергану, Самарканд, Бухару. Она сидела где-то в глубине и не тревожила особо, если бы не случай. Мы отмечали день рождения Регины, приехал друг Паша и предложил съездить в Среднюю Азию. Я согласился. Старт наметили через две-три недели. Всего-то дел: поменять резину, масло и повесить сумки.

…Мы выехали 17 августа, после Тольятти ушли на Самару и пересекли границу с Казахстаном в районе Уральска. Заправки встречались все реже, и в Атырау залили припасенные канистры. Асфальт прекрасный, гаишников нет, можно ехать и ехать. И вот когда до Бейнеу остались три сотни километров, дорога кончилась. Объезд по полю. Уже темно, а в поле пухляк — взвесь песка и пыли, в которую проваливаешься по колено. Встречные “КамАЗы” поднимают такие облака пыли, что не только видеть, но дышать невозможно. Скорость движения 20—40 км/ч. Наконец Бейнеу, ночевка у дяди Леши, известного мотоциклиста. Помимо нас там обнаружился турецкий мотопутешественник-кругосветчик Эрдем в ожидании нового амортизатора на свой байк. На следующее утро намечался переход казахско-узбекской границы. Нам обещали отсутствие дорог и бензина, это напрягало. Залили баки по самое горлышко — и в путь.

…От Бейнеу до границы 80 км хорошего грейдера, но есть языки песка. Если не заметить вовремя и не объехать, то можно и навернуться. В любом случае нужно побольше воды. Жара под 50, бензин в баках кипит! На узбекской стороне таможенник, оформляющий временный ввоз, выписал нам разрешение на полтора месяца: “Добро пожаловать в Узбекистан, здесь вам понравится”. К слову, северо-западный Узбекистан (Каракалпакстан) и юго-восточный очень сильно отличаются. Люди совсем другие, ненавязчивые и гостеприимные. Нас от границы до Кунграда сопровождал узбек, провел нормальной дорогой и показал, где АЗС и гостиница. Еще и порывался заплатить за нас.

…Переночевав за Кунградом, утром выдвинулись в сторону Нукуса. Жара становилась все сильнее. От Нукуса до Бухары нет городов, есть пустыня, самая натуральная — Кызылкум. Много песка и колючек, но нет бензина. Иногда попадаются посты ДПС. Проверяют только паспорт. На вопрос: “Где работаешь?” отвечаю, что в ГАИ, и показываю фото в форме. Потом приходится долго отбиваться от приглашений “зарэзать барашка” и накатить по сто грамм прямо на посту. Вечером были в Бухаре. Сильно хотелось помыться. Поймал местного таксиста и попросил отвезти к хорошей гостинице. Привез к “Бухара Гранд Отель”. Цена от 20 долларов выросла до 100, как только показали российские паспорта. Все остальное в Узбекистане дешево, да и отели приличные и недорогие есть, но мы об этом узнали только на следующее утро.

…В разговорах о Памире чувствуется некоторая тревога: спецпропуска, погранзона, Афганистан, стреляют. К тому же, разглядывая фото Памирского тракта, с тоской обнаружил, что асфальтированной эта дорога была в прошлом веке. Гаишники еще более недружественные и требуют денег или хотя бы водки. Говорим, что не дадим, и все. И вот наконец граница, на шлагбауме узбек просит денег в последний раз и тут же получает отказ. До свиданья, Узбекистан.

…В Душанбе пришлось оформлять регистрацию и спецпропуска в погранзону. Очень запомнился душанбинский базар, толчея, жара, а цены как в СССР: помидоры рупь двадцать (на наши около 6 руб. за кг), конечно, можно торговаться. Арбузы и дыни продаются не на вес, а поштучно. И вот разрешения получены. Капитан Махмуд (которого мы “коррумпировали” двумя долларами с человека) сообщил: “Есть два пути на Памир: через Куляб и через Тавилдару. Вам лучше через Тавилдару. Там хоть и война, но банду афганцев накануне поймали, и вроде как спокойно. А через Куляб не надо, туда ОМОН не ездит”. Через сто километров на посту ДПС проверили разрешения, предупредили, что неспокойно, и пропустили. Подошел пожилой таджик и сказал: “Вообще-то, ребята, езжайте через Куляб. Мои знакомые только что приехал из Тавилдары и сказал, что там воюют”. У меня испортилось настроение. Делать нечего, поехали на Куляб.

…Начались перевалы, красоты неземные. Вот и пост погранконтроля. Записали, повымогали немного денег и пропустили. Последний населенный пункт Шуробод. Ни одной живой души на улице. До Хорога почти 500 км вдоль реки Пяндж. Жарко, невозможно дотронуться до раскаленных скал. Дорожное покрытие — крупные острые камни. Периодически попадаются автомобили с порванными в хлам колесами.

…Едем дальше, кончилась вода, но тут попался горный ручей, чистый и прозрачный. Напились, заполнили баклажки и через пару километров встали надолго. Обвал. Дорогу расчищают бульдозером. Тут же познакомились с саперами из Душанбе, оказывается, вдоль границы много мин. Посоветовали не ходить в кусты, а делать все свои дела как можно ближе к дороге. Паша, куда ты меня затащил?!

…До Хорога долетели быстро, дорога — в основном отличный асфальт, иногда с выбоинами. На заправке местные люди, по виду афганцы, очень подробно выспрашивали, куда мы едем и где будем ночевать. Настойчиво приглашали в гости. Кстати, в Душанбе нас предупредили, чтоб у горцев не пили чай или что-либо другое, могут подмешать какую-нибудь дурь. За день мы поднялись с 1300 метров на 3600, и меня свалила горная болезнь. Сначала появился слабость и озноб, как будто простудился, потом все хуже и хуже. Дышать тяжело, голова болит. Заночевали в санатории в Джелонди, на родоновых источниках. Ощущение, что сил нет вообще. Считается, что лучшее в такой ситуации — быстро спуститься, но желания садиться за руль не было. На утро меня немного отпустило, и решили ехать дальше. В Мургабе встретили двух итальянцев на байках.

…В нейтральной зоне таджико-киргизской границы — сплошь глина и грязь. Нам повезло, выглянуло солнце, и потоки тающей воды, вымывая глину, дали нам возможность спокойно спуститься по руслам ручьев. Ночь провели уже в Киргизии, в Сары-Таше, в долине между Памиром и Памиро-Алаем. На рассвете я пошел фотографировать Памир. Не верилось, что еще вчера мы оттуда спустились. Дальше нас ждал Алай, Тянь-Шань и Казахстан”.