Задача престижа

Людям свойственно оправдываться. Особенно за покупку отечественного автомобиля. Когда человек покупает Mercedes, вопросов ему не задают. А когда в здравом уме он берет нечто исконно российское, то оправдываться приходится перед каждым знакомым.

И чтобы не вилять хвостом, кто-нибудь непременно переходит в контратаку, агрессивно уверяя окружа­ющих в мудрости своего поступка. Обычно агрессивных немного. Но на страну все равно найдется пара УАЗов и один «Москвич», хозяева которых скажут приблизительно одно и то же: «Да я на своей машине проехал 250 000 км, и все в порядке!»


И пока одни с недоверием отшатнутся, другие засмеются, а третьи покрутят пальцем у виска, самые осведомленные испытают чувство искренней радости. Ведь этим владельцам неубиваемых автомобилей несказанно повезло! Им в руки упало настоящее счастье! Они обладают бесценным!


Любой владелец Merce­des знает, что даже в его совершенной машине за пробег в четверть миллиона километров хоть что-нибудь, да потребует человеческого участия или встречи с профессиональным автосервисом. Чтобы вообще ничего не сломалось, так не бывает. И причиной тому не качество автомобиля и комплектующих, а неразрешимая инженерная задача равного износа.


В каждой профессии есть своя задача престижа. Математики бьются над теоремой, оставшейся нерешенной в веках, врачам то СПИД подбросят, то холеру вернут, а с вакциной все никак, а у автомобильных инженеров задача престижа — создание равноизносного автомобиля. Задача формулируется просто: сделать машину из узлов, деталей, агрегатов и материалов, имеющих одинаковый ресурс. Чтобы не приходилось при еще хорошем двигателе заниматься капремонтом коробки передач, чтобы привод или мост служили столько же, сколько и вся трансмиссия, чтобы кузов без проблем протянул столько же, сколько и мотор. И чтобы потом автомобиль в одночасье умер, не оставляя надежды попасть на запчасти. Но физика разных материалов, эксплуатационные особенности, различия температурных режимов не позволяют сделать пробег двигателя равным пробегу тормозных колодок.


И тут вдруг из России приходит неслыханное известие: получился равноизносный автомобиль! Да не один! Как раз та пара УАЗов да «Волга». Каждая из этих машин пробежала по четверти миллиона километров, и, по словам владельцев, ничего!


Причем все машины случились вопреки технологиям и ГОСТам, как частный случай особого везения и стечения обстоятельств. Но тем интересней пример. И в том и состоит счастье каждого владельца уникального русского автомобиля в отдельности, что после такого огромного пробега машину можно не выкидывать на помойку, а отлично продать. Представля­ете, сколько заплатит «Mercedes» за «Москвич», вопреки законам физики и технологиям Горьковского автозавода пробежавшую 250 000 км без единого замечания? А неудачник «Land Rover» озолотит за возможность получить для изучения «вечный» УАЗ, который наконец-то откроет ему секрет недосягаемого качества и спасет Range Rover от позора. Ну а за простой «Окой» вообще начнется охота. Если патриотичных владельцев не удастся склонить к продаже, машины все равно постараются заполучить, например, украв и тайком переправив за границу. В очередь за ними выстроится весь мир. Сговорчивому человеку такая конъюнктура обеспечит безбедное существование на несколько поколений вперед.


Так что над обладателями ценнейших поделок отечественного автопрома, пробежавших по 250 и более тысяч километров, не смеяться надо, им впору завидовать.