Трансазиатская экспедиция VW Amarok: прощай, Монголия — страна Prius

Участники шестого этапа экспедиции, стартовав на шести рестайлинговых «Амароках» из Улан-Батора, проехали через северо-восточную Монголию и пересекли российскую границу.

Долго не мог понять, за счет чего Toyota вытягивает продажи своих Prius. Теперь, похоже, загадка разрешилась — из десяти встретившихся нам на дороге легковушек восемь оказались именно «Приусами». Их в столице Монголии — подавляющее большинство. При этом гибриды второго поколения стоят 6000−7000 долларов, четвертого — около $ 20 000. А их бешеная популярность у аборигенов объясняется в том числе и отсутствием пошлин на экологичные транспортные средства.

Путь мы держали на Чойболсан — четвертый по величине город в стране (первый, разумеется, Улан-Батор, где проживает более 1,5 млн. человек — половина населения республики). Вопреки ожиданиям, трасса на этом участке оказалась вполне приличной — не автобан, конечно, но и не раздолбанный проселок. Немного насмешил тот факт, что часть ее была платной — соблазн подзаработать на водителях не обошел стороной и монгольских дорожников.

Пикапы весело глотали километр за километром. Дизель мощностью 183 л. с. честно тащит нелегкий грузовичок, хотя немного расстраивая при резких ускорениях — для этой дисциплины силенок ему явно не хватает. И тут не сильно помогает даже перевод восьмиступенчатого автомата в ручной режим.

По обеим сторонам дороги тянется унылая степь, припорошенная снегом и обрамленная холмами. Неудивительно, что в свое время Чингисхан очертя голову бросился в свою военную авантюру — спасался от скуки, бедолага. Кстати, распрощавшись с коммунистическим режимом, монголы ударились в безудержное почитание Темучжина. Например, по пути в Чойболсан мы подъехали к 40-метровой статуе хана, сотворенной из нержавеющей стали на средства некоего местного олигарха. Богатенький Буратино на этом останавливаться не собирается — окрестная степь вскоре будет украшена 10 000 статуй монгольских воинов — конных и пеших.

По мере приближения к Чойболсану магистраль становится все хуже. Заснеженные участки асфальтового полотна чередуются строящимися отрезками, объезжать которые приходится по степи. Наш Amarok превосходно держит дорогу. Управляемость у рамного монстра с рессорной задней подвеской — на высоте. Небольшие заносы, неизбежные на скользком покрытии, с легкостью пресекаются энергичным движением руля.

Вскоре после Чойболсана дорога в нашем просвещенном понимании закончилась. До смой российской границы мы пробирались по невесть кем проложенной колее, которая периодически раздваивалась, растраивалась и даже расчетверялась. Как руководитель экспедиции ориентировался в этой ситуации, для меня так и осталось загадкой. «Амароки», разогнавшись, неслись по степи, без труда следуя за извивами колеи, чуть скользя боком в крутых поворотах, невозмутимо глотая мелкие неровности, подскакивая на более сеьезных трамплинах, оставляя за собой пылевую или снежную завесу.

На этом этапе один из наших «Амароков» потерял шину, поймав неслабый кусок толстенной проволоки. Вообще, всякой колючей металлической дряни в монгольской колее встречается немало.

Хотя машина вела себя выше всяческих похвал, перегон до границы порядком вымотал всех. А до ночлега — теперь уже на российской земле — было еще далеко. Пройдя паспортный и таможенный контроль и наскоро перекусив, мы расселись по автомобилям и вновь тронулись в путь. За плечами экспедиции остались Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Таджикистан, Китай. И вот тепреь — прощай, Монголия!