Конфискат — дело ржавое

В последнее время внимание СМИ и автолюбителей к делам таможенным практически исчерпывается темой изменений размеров пошлин на ввозимые в Россию авто. И никто не знает, что же происходит с автомобилями, которые таможня конфискует за неуплату сборов. “МКмобиль” выяснил их дальнейшую судьбу.

В последнее время внимание СМИ и автолюбителей к делам таможенным практически исчерпывается темой изменений размеров пошлин на ввозимые в Россию авто. И никто не знает, что же происходит с автомобилями, которые таможня конфискует за неуплату сборов. “МКмобиль” выяснил их дальнейшую судьбу.

На стоянку конфискованной техники таможенного терминала машины попадают, как правило, двумя путями. Так случается, когда при ввозе в страну своего авто хозяин по каким-то причинам не платит установленные таможенные сборы. Однако большую часть конфискованного составляют так называемые розыскные автомобили — ранее ввезенные в Россию с нарушениями таможенного законодательства. Поколесив по России, в один прекрасный момент такое авто попадает под гаишную проверку по базе данных ГТК. Выясняется, что машина числится в розыске за неуплату таможенных платежей. Когда авто оказывается на таможенной стоянке, вежливые люди в зеленой форме объясняют бедолаге-владельцу, что для воссоединения со своим авто требуется внести причитающиеся таможенные сборы. Хочешь кататься — плати. Госбюджету не важно, кто его пополнит: контрабандист или добропорядочный, но невезучий собственник.

С молотка

Как правило, попадаются авто в возрасте 8—15 лет, ввезенные в Россию до 1998 года. Стоимость их растаможки может превышать рыночную, что часто заставляет людей бросать машины “на произвол таможни”. Некоторые официально отказываются от прав собственности на “нелегалку”, и она становится государственной как “бесхозяйная”. Большинство же руководствуются принципом: “лучше пусть сгниет на стоянке, чем отдам ее государству”.

В среднем через полгода-год, в зависимости от обстоятельств конкретного дела, таможенники исчерпывают собственные возможности подвигнуть гражданина либо заплатить нужные сборы, либо отказаться от автомобиля. И тогда документы и материалы об авто таможня направляет в Российский фонд федерального имущества (РФФИ). Его юристы оформляют иск в суд о признании авто бесхозяйным и обращении его в госсобственность. Суд вызывает владельца авто, который, как правило, не является на заседания — там ему опять предложат платить пошлину. В итоге суд обращает авто в госсобственность. После этого автомобиль оказывается в распоряжении РФФИ, как, впрочем, и те, от которых владельцы отказались добровольно. Государству такое имущество ни к чему, и оно его продает. Шоу-румов у РФФИ нет. Создавать их невыгодно: конфискованных московскими таможнями машин проходит через фонд немного, около полусотни за год. Поэтому их оптом передают на реализацию так называемой поверенной организации. В московском регионе сим малоприбыльным делом в состоянии заниматься только одна фирма. Процесс напоминает продажу вещи в комиссионный магазин с той разницей, что стоимость товара определяет не “комиссионка”, а независимый оценщик с лицензией Минимущества России. По словам замначальника Управления реализации принудительно изъятого и бесхозного имущества РФФИ Александра Горбатюка, суммы оценки автомобилей, как правило, соответствуют 75% среднерыночной на авто аналогичного года и состояния.По этой цене автомобили продают всем желающим.

Ford-туалет

Поверенная РФФИ фирма, ООО “Мартон-гарант”, куда мы обратились в процессе сбора материала, недавно получила очередную партию авто с таможни. Среди иномарок белой (в данном случае — вишневой) вороной затесался и старенький ВАЗ-2109. Основная же масса — ржавые и битые Opel, BMW и Ford. Единственная машина в приличном (с виду) состоянии — Ford Fiesta с тремя ящиками пустых бутылок из-под импортного пива в багажнике. Видимо, все деньги у хозяина ушли на алкоголь — на растаможку не хватило. Особенно сильное впечатление на сотрудников фирмы произвел пришедший однажды с таможни Ford Transit, салон которого кто-то долго использовал в качестве туалета. По словам руководителя фирмы, пожелавшего сохранить инкогнито, с таможни все машины прибывают на эвакуаторах. Попытки сэкономить путем перегона машин своим ходом от таможни на территорию фирмы не увенчались успехом. Даже у тех, что удалось “оживить” по пути к месту продажи, отваливались радиаторы, отказывали коробки передач и “пропадали тормоза”. Покупатели берут “таможенные” авто в основном для последующего разбора на запчасти, благо цены в среднем составляют около $1000 за штуку. Он припомнил, что однажды нашлись покупатели, рискнувшие купить именно автомобиль, а не набор запчастей. Два дня они реанимировали лучшее из имевшихся на стоянке авто. Но стоило им отъехать на километр от магазина, как шатун двигателя пробил насквозь стенку цилиндра. Надо сказать, что претензий никто не предъявлял: всех покупателей предупреждают, что никто им никаких гарантий на качество продаваемого товара дать не может.

НАШИ ЭКСПЕРТЫ

Александр ГОРБАТЮК, заместитель начальника Управления реализации принудительно изъятого и бесхозяйного имущества РФФИ:

— Работу РФФИ по продаже госимущества регулируют семь законодательных актов, направленных на то, чтобы сделать процесс максимально эффективным и прозрачным. Все функции, связанные с изъятием, передачей, оценкой имущества, разнесены по разным ведомствам и структурам: орган власти (ГТК, МВД, Минюст) изымает, оценщик оценивает, фонд продает. В фонде применяется внутренняя методика выявления недобросовестных партнеров (торговцев, оценщиков). Так, факт опоздания с представлением отчета может говорить, что контрагент провернул какую-то махинацию. С проштрафившимися фонд прекращает отношения. Кроме того, каждые полгода РФФИ проверяет Счетная палата. А прокуратура — ежегодно. Никаких серьезных нарушений они не обнаруживают.