Черный континент для белой гвардии,

Принято считать, что Африка — это континент, освоенный Land Rover. Как ни посмотришь на фотографию в журнале, так под пальмой обязательно кроме зебры или носорога будет виден еще и Land Rover. Но Тунис в этом отношении полностью профранцузский, и за все время пребывания в этой стране ни одного английского внедорожника встречено не было. Зато Тунис — заповедник французских автомобилей 60—70-х годов.

Как всякое благодатное место, Тунис обильно полит кровью. На его территории было столько войн, взошло и погасло так много монархий и империй, было уничтожено столько народу, что если бы людям было свойственно сохранять могилы, места для отдыхающих просто не осталось бы. Последняя война закончилась совсем недавно — в 1961 году, когда тунисские войска начали осаду французской военной базы. Но с тех пор в стране наконец-то тихо, а довольно демократично пришедший к власти в апреле 1989 года нынешний президент Бен Али оказался не только очень толковым экономистом, но попутно еще и придавил мусульман-фундаменталистов, дав возможность своему народу жить без свойственной региону оглядки на ислам.


Отдыхать в Тунисе приятно и безопасно (может быть, поэтому в нынешнем году он стал самым модным местом отдыха измученных нестабильностью россиян). И если во многих странах региона высовываться за пределы проторенных туристических маршрутов неосмотрительно, то здесь, наоборот, иностранец ничем не рискует, познавая страну в одиночку и по своему собственному усмотрению. Тем более что, попав в затруднительное положение, всегда можно связаться с консульством по мобиле. Или сообщить о своем восторге от увиденного друзьям в далекой Москве. Если, конечно, вы пользуетесь услугами оператора мирового уровня — такого, например, как МТС, гарантирующего отличную связь даже на таком удалении от родины.

Французский аромат

Принято считать, что Африка — это континент, освоенный Land Rover. Как ни посмотришь на фотографию в журнале, так под пальмой обязательно кроме зебры или носорога будет виден еще и Land Rover. Но Тунис в этом отношении полностью профранцузский, и за все время пребывания в этой стране ни одного английского внедорожника встречено не было. Зато Тунис — заповедник французских автомобилей 60—70-х годов. При этом на местных дорогах есть какие угодно автомобили, в том числе и очень современные, но все же в большинстве здесь ездят такие образцы, которые в нашей стране вообще знают только специалисты. Самый уникальный, на взгляд человека из России, и при этом составляющий до четверти местного парка автомобиль — Peugeot 404 с кузовом пикап. Эта машина и в самой Франции большая редкость, поскольку выпускалась на сборочном предприятии в Иране (и еще в Аргентине) и в основном для регионального рынка. Несмотря на свою легковую сущность, пикап из этого Peugeot получился полноценный, и местные водители используют машины по прямому назначению, без скидок, загружая кузов по максимуму и не стесняясь возить то кирпичи, то корову, а то и брикеты с сеном, аккуратно уложенные в кузов на высоту метров четырех.

Кроме того, такой же распространенный здесь пикап — чуть более современный Peugeot 504. Он такой же трудяга и так же натужно возит по всей стране грузы, неспешно пыхтя дизельным мотором.

А самый массовый фургон Туниса — Renault R4. Их здесь чрезвычайно много, и все они исключительно белого цвета. Учитывая, что производство этой модели было прекращено только в 1991 году, встречаются даже ухоженные экземпляры. Но вообще-то сохранить свой автомобиль в первозданном виде тут сложно. И в первую очередь из-за непривычной, на наш взгляд, узости дорог. Дело в том, что дорожные параметры тунисцы (как и почти все в своей жизни) скопировали с французов, и поэтому дороги в стране хорошие, с прекрасным покрытием, отличной разметкой и внятными знаками, но при этом очень узкие. Кто был в Европе, наверное, помнит возникавший поначалу ужас из-за невиданной тесноты и постоянное нервное напряжение от того, что все вокруг едут, почти цепляясь друг за друга зеркалами. В Тунисе та же история, и поначалу непонятно, как местным водителям удается уворачиваться, разъезжаться и избегать столкновений. И хотя за все время пребывания в Тунисе ни одной аварии видеть не пришлось, все же автомобили в этой стране в основном со следами жестяных контактов друг о друга.

Больше, чем людей

Но при этом ездят в стране очень безвредно и не агрессивно. И если не соблюдают правила, то без остервенения и угрозы жизни, а как-то по-доброму, чудом разъезжаясь и вежливо помахивая рукой в знак извинения или согласия, в зависимости от того, кто кого подрезал. При этом абсолютно никто не пристегивается. И уж тем более никто не пристегивает детей. Они ползают по всей машине, перемешиваясь с перевозимым грузом. В общем-то, это понятно, ведь если каждого члена семьи зафиксировать в кресле, то вместо привычных малолитражек придется пересаживаться в автобусы.

Местные такси желтого цвета и ездят не торопясь, при этом водители аккуратно гудят всем пешеходам, тем самым окликая их и предлагая подвезти. Такое стремление к труду объясняется тем, что такси в стране больше, чем людей. Кстати, по «встречке» в Тунисе тоже ездят, и именно таксисты. Но не злобно, потихоньку, и гудком просятся обратно в свой ряд, который тут же расступается, дружелюбно впуская машину обратно в поток. А вот справа никто никого не обгоняет.

Россия навсегда

В нашей стране Тунис преподносится как идеальное место отдыха, максимально приближенное к европейским условиям, но с поправкой на более жаркий климат. Все это так. Но при этом вне поля зрения туроператоров остается новейшая история этой страны, часть страниц которой связана с Россией.

В тунисскую Бизерту наш флот заходил не раз. В 1897 году первым иностранным судном, вошедшим в только что отстроенный порт, стал русский крейсер «Вестник». Еще через три года контр-адмирал Бирилев (будущий морской министр России) нанес визит французскому губернатору Мармье. Отряд под командованием Небогатова бросил здесь якоря на пути к Цусиме. В 1908 году черноморцы стояли на местном рейде после кругосветного плавания. В 1920 году Бизерта стала пристанищем для покинувших Россию. Кому временным, кому вечным... Как известно, сухопутные войска белой армии Врангеля были переведены в Галлиполи (Турция). А военные корабли отправлены в Тунис.

На горе Кебир, в трех километрах от центра Бизерты, видны остатки старого форта, где разместились учебные классы Морского корпуса — того самого, организованного Петром Первым в 1701 году. Рядом был лагерь Сфаят — для персонала и складов. С 1921 года началась подготовка младших офицеров и гардемаринов. Как выражался тогда директор этого училища вице-адмирал А. Герасимов, они «готовились стать полезными деятелями для возрождения России»… А всего вместе с эскадрой (из 31 судна) и гражданскими лицами русское присутствие в Тунисе составило на тот период около семи тысяч человек.

На окраине Бизерты стоит русский православный храм Святоблаговерного князя Александра Невского в память о Черноморской эскадре, имевшей здесь свою последнюю стоянку, храня в себе мало кому известную страницу трагичной истории России.

Лучше на маршрутке

Туристического маршрута до Бизерты нет. От курортного Сусса надо ехать до столицы — города Туниса, в честь которого и вся страна названа Тунис, — а оттуда уже до Бизерты. Дистанция получается чуть больше 200 км. Самое логичное решение — взять машину напрокат. Но это не так просто. У вас обязательно попросят залог от $500 и выше, в зависимости от класса машины. Причем залог возьмут в местной валюте, то есть в динарах (фиксированный и очень стабильный курс местного центробанка $1=1,2 Din). Но вывозить динары из Туниса запрещено. А обменять обратно динары на доллары можно только при выезде, уже в аэропорту. Поэтому получается, что придется менять минимум $500 на динары и в последний день менять их обратно, причем предъявив официальный чек из обменника о первичном обмене. Какой-то уж слишком корявый путь. Хотя есть менее затейливые прокатные конторы, в которых в залог возьмут паспорт, но есть шанс, что, выдав несвежую и слегка поцарапанную машину, при возврате вас обвинят во всех ее дефектах и потребуют компенсацию.

Зато в Тунисе очень развито маршрутное междугородное такси. Ну, как у нас, например, маршрутка от Москвы до Тулы. Разница только в том, что у них эти маршрутки ездят по всей стране и на любые расстояния. Называются они «луаж» (louage). Отличительная черта — полоса по борту. Красная или синяя. И было решено доехать до белогвардейской Бизерты на «перекладных» луажах.

Тунисцы невероятно доброжелательны и ни в коем случае не назойливы. Видя растерянного иностранца — с готовностью помогут и, если почувствуют непонимание с его стороны, ни в коем случае не бросят попыток, очень сдержанно растолковывая туристу его проблему до тех пор, пока в иностранной голове не зажжется искра понимания.

На автовокзале, хоть и нисколько не опрятном, деловой порядок. Первый же встречный показывает, где «спряталась» касса. Кассир пробивает билет, в котором указан номер автомобиля, маршрут, цена и время отправления. Как ни странно, нужная машина стоит прямо возле кассы, —хотя на автовокзале касс мало, а автомобилей несколько сотен, —а единственный человек возле луажа — это как раз водитель. Он быстро смотрит билеты, усаживает и сразу же отправляется в дорогу. Получается, что вся процедура выяснения дороги, покупка билета и поиск машины занимают минуты две-три. Непостижимая четкость!

Автострада, идущая через полстраны, выполнена по всем правилам: отличный асфальт, отбойники по обеим (!) сторонам, знаки и указатели. Через каждые два-три километра — аварийные телефоны-автоматы в желтых будках. Километров через 50 — бесплатные туалеты с европейским набором аксессуаров.

Полицейский разгул. Доброжелательности

Полиция в Тунисе так же доброжелательна, как и прочее население. Если спросить у постового дорогу, он первым делом пожмет вам руку, а потом станет объяснять. По-французски. Видя непонимание, позовет кого-нибудь на помощь и будет добавлять в разговор по одному участнику, пока не найдет способ ответить на вопрос (то есть пока не случится англоговорящий тунисец). Выглядят местные полицейские очень убедительно и совершенно по-европейски, без намека на арабский колорит. Среди туристов ходят слухи, что фотографироваться полицейские не любят и это чревато. Поэтому большинство кадров было сделано, на всякий случай, тайком. По экипировке и форме полиция немного отличается. Интересней всего выглядят дорожные полицейские, особенно за счет идеально белых фуражек из натуральной кожи (!). А их работоспособность просто непостижима. Довелось наблюдать, как трое полицейских регулировали движение на перекрестке всю смену без перерыва, при этом каждую машину сопровождая подбадривающим свистком и жестом полосатой палки.

Последняя русская

В Бизерте, в которой туристов не бывает и поэтому английского языка нет и в помине, найти русскую церковь непросто. Изнемогая от языкового барьера, с самым осведомленным человеком, то есть с таксистом, пришлось объясняться при помощи живописи. На листочке был нарисован православный крест. Никакой реакции. Тогда к нему схематично дорисовано подобие купола и домика. И таксист утвердительно закивал головой. Десять минут по закоулкам — и вот она, белогвардейская церковь, памятник русскому флоту. Строили церковь именно белогвардейцы, и исключительно на свои скудные средства. Все чертежи, проект, работы, отделка и даже писание икон — работа русских эмигрантов.

На мраморной доске, установленной внутри храма, золотом выбиты названия кораблей Русского Императорского флота, пришедших в Бизерту в 1920 году. 31 корабль. 7 тысяч православных судеб, оказавшихся в Тунисе с верой и надеждой. Вечная им память. Недалеко от церкви живет княгиня Анастасия Ширинская-Манштейн, дочь старшего лейтенанта Александра Манштейна, командира эсминца «Жаркий». Сейчас ей 93 года. Сюда она попала в 1920 году и всю жизнь прожила в Бизерте.

...Сегодня она единственная прихожанка этой церкви.