Без аптечек и «скорой помощи»

В этом нет никакой системы… По чистому совпадению при мадам Голиковой (прозванной в медицинской среде Мадам Арбидол) Приказ №352/361 от 12.05.2010 лишил страну статистического понимания числа убитых в ДТП, а врачей и милиционеров избавил от необходимости возбуждать уголовные дела по факту аварий со смертельным исходом.

Совершенно случайно затронутый Леонидом Рошалем вопрос автомобильных аптечек заменил нам препараты на бинты разной длины и, как выяснилось чуть позже, произошло это в результате специально проведенных исследований, стоивших бюджету несколько миллионов рублей. Совершенно случайно в Транспортной стратегии РФ до 2030 года нет ни слова про «скорую помощь» через каждые 50 км федеральных дорог. Мадам Голикову нам поменяли на Веронику Скворцову. Место выпускницы Плехановского института заняла врач в пятом поколении, выпускница Второго мединститута. После чего мы лишились кардиологов в «скорой помощи». Приказ Минздрава вступит в силу с 1 января 2014 года и на вызов к сердечнику специалист больше не приедет.

На сегодня любая подстанция «скорой» имеет минимум одну специализированную кардиологическую бригаду и если на вызове врач видит, что нужен узкий специалист, то зовет на подмогу кардиолога, приезжающего на место в такой же белой машине с мигалками и леденящей душу сиреной. А в соответствии с новым «Порядком организации работы скорой медицинской помощи», вместо обязательного специалиста узкого сердечного профиля можно будет обойтись «выездной экстренной консультативной бригадой». На практике это означает замену доктора возле умирающего больного на звонок другу. А поскольку в бригаде «скорой» не обязательно все врачи, но и порой только один фельдшер и санитар, то у постели инфарктника предварительную картину неизбежной смерти будет созерцать медик со средним специальным образованием. Вооруженный не знаниями, а мобильным телефоном. Приедет, увидит, что человек уже посинел, предположит сердечную недостаточность и позвонит дежурному кардиологу-консультанту на подстанцию с чисто русским вопросом «Что делать?». Правильный ответ он тоже получит по телефону и попробует претворить его в жизнь. Если на сегодня, даже при самой тягостной нагрузке бригад «скорой помощи», пациент все же может рассчитывать на встречу с кардиологом у себя дома, то с января ближайший специалист встретится ему лишь в приемном покое.

Согласно бюджету РФ на предстоящие три года, расходы на здравоохранение снизятся с 3,6% в 2013 г. от ВВП до 3,2% в 2016 г. от ВВП; запланированный рост ассигнований возрастет на +12%, но обернется фактическим сокращением из-за накопленной инфляции в -15%. Непричастная к здравоохранению г-жа Голикова, ставшая председателем Счетной палаты, прогнозирует с 2014 года ухудшение качества и снижение доступности медицинских услуг для населения в связи с переводом финансирования здравоохранения из федеральной казны в бюджет Фонда обязательного медицинского страхования: «В настоящее время нет понимания того, как те виды помощи, которые оплачивались из федерального бюджета, будут оплачиваться за счет средств ФОМС». Именно Голикова инициировала переход на эту форму финансирования нашего здоровья, при которой средства казны теперь сначала отправляются в ФОМС, а уж он и берет на себя расходы отрасли. «Скорую помощь» отдали в ведение обязательного медицинского страхования как раз по воле Мадам Арбидол. А у ФОМС с деньгами точно такая же беда, как у Пенсионного фонда – их хватает только на зарплату себе: «нехватка собственных источников доходов (страховых взносов) для покрытия своих обязательств». Отсюда и возник приказ Минздрава от 20.06.2013 № 388н, избавивший «скорую» от кардиологов.

Картину нашей гибели первым нарисовал Аллен Даллес в книге «Доктрина. Россию надо поставить на место!». Затем с наставлениями по вопросу нашей кончины выступил Збигнев Бжезинский. Судя по тому, что происходит в здравоохранении, оба американских документа в Минздраве изучили и поняли неправильно…