Формула-1 Гран-при Японии: не там и не тогда

Народ всегда жаждет крови. Авария Бьянки в Сузуке F1 очень на руку, как бы цинично это не звучало. Парадокс в том, что весь мир в курсе, что случилось с пилотом Marussia, но о причинах произошедшего догадываются только двое из десяти.

О том, что реально стало спровоцировало аварию и вовсе знают единицы. Возможно, дело в машине, возможно, в самом гонщике. Но, скорее всего, он просто оказался не там и не в то время. Фишка в том, что всего этого могло и не быть. Гонку остановили на 45 круге, по факту же она остановилась еще раньше, до того, как Сутиль убил свой болид о покрышки. Вы посмотрите последние пару минут. Youtube ими завален. Машин идут хвост в хвост, но никто при этом даже и не думает рисковать, ибо видимость даже не нулевая, а минусовая. Плюс порывистый ветер и налетающие на разные участки трассы короткие дождевые заряды. Все недоумевают, как «убрался» пилот Заубера? Очень похоже, что «вплыл» как раз перед поворотом, плюс сильный ветер...

Когда туда же ушел еще и Бьянки, пошли заявления, что тот де сам виноват, что до него там несколько пилотов проехали без проблем. Однако повторы при этом FOM показывать не стал. Но я больше чем уверен, что на них прекрасно видно, что Жюль убрался с трассы без чьей-либо помощи, из-за банальнейшего стечения обстоятельств. Правда, метеорологического характера.

Я понимаю, что все последующие предположения будут напоминать теорию заговора, однако тут стоит покопаться. Предположим, гонку остановили бы минут на 20 раньше. Кто был бы виноват? Тайфун? Отнюдь. С ним невозможно договориться, чтобы он пришел минут на десять попозже или заглянул сразу после гонки. Виноваты те, кто отвечал за безопасность. А именно – Чарли Уайтинг. По сути, он стал инициатором запрета на комментарии, касающиеся данного инцидента. Именно он отказался начать гонку не в три пополудни, а несколько раньше, чтобы избежать рискованного финиша в свете ухудшающейся погоды и надвигающихся сумерков.

Об этом, кстати, в первые часы говорили многие, в том числе и гонщики, но потом неожиданно притихли. Через сутки же в прессе началась обратная волна. Эндрю Бенсон, к примеру, – шеф-редактор соответствующего раздела BBC Sport, разродился целой колонкой на эту тему, главный смысл которой заключен во фразе «это их работа». Он вспомнил Сенну, аварию Мартина Брандла на той же Сузуке, кусок машины, пробивший шлем Филиппе Масса и даже про реконструкцию Параболики упомянул (это кусок трассы в Монце, кто не в курсе), где провели реконструкцию и расширили зоны безопасности, «тилькедромы» мол слишком бездушны и неинтересны.

Но мы пойдет дальше. Ведь именно FIA стала инициатором введения жесткого регламента, устав от постоянных побед Шумми. Там будто забыли, как немец жарил в Benetton Флавио Бриаторе, как выигрывал Гран-При Германии на Хоккенхайме, причем, в старой, довоенной конфигурации, которую та же FIA в 2000-х потребовала исправить, посчитав крайне небезопасной.

Не тогда ли стали падать сборы промоутеров? А сам чемпионат превратился в детскую жвачку, где многих занимает не сами гонки или гонщики, а терки между командами по поводу размеров и конструкции диффузоров и лазеек, используемых для обхода регламента. Где легендарные противостояния вроде вечной борьбы Макларен и Уильямс, двухраундового триллера с участием Шумми и Хилла, где новые Просты, Сенна или Фанхио? Где новые рекорды по количеству выигранных Гран-при?

Сегодня семь стартовых гонок выигрывают семь разных пилотов, притом, сами они говорят, что командный результат важнее личного. Кому это интересно? Прежде первый пилот никогда не проигрывал второму, теперь же такое в порядке вещей. Все как-то запамятовали, как Ирвайн выбил Шумахера, лишив того очередного титула в 1999-м. Притом, делал это намеренно! Как сам Микаэль двумя годами ранее промахнулся мимо Вильнева и проиграл тому титул?

Именно это и привлекало людей к Формуле. Толпа жаждет зрелища, жаждет кумиров и в буквальном смысле горящих моторов. Однако сейчас ей просто нечего и некого предложить.

Кроме аварии Бьянки. На его месте мог бы быть любой, ибо еще до начала гонки было понятно – ничем хорошим она не закончится.