Парковочный оброк

Москва обрела двух великих реформаторов, захвативших жителей в соучастники и определивших им задачу — терпеть. До пришествия в город господ Собянина и Ликсутова в столице можно было просто жить, теперь необходимо соответствовать.

Обнаруживаясь на телеканалах и новостных лентах, оба реформатора гремят достижениями и констатируют одобрение местных жителей. Но Ликсутов все же идет вторым номером, поэтому про него и картинка сдержанней — то он тайком от москвичей проедет в тамбуре предрассветной электрички, то пройдет по обезлюдевшему бульвару, а более весомый Собянин обслуживается масштабней и дает пресс-конференции, где некогда строптивые журналисты умиляются вместе с ним, старательно избегая комментариев и никак не тревожа величие реформатора. Поскольку любой чиновник, даже после правки редактором, не блещет мыслью и слогом, всякое интервью Собянина обязательно обнаруживает скелет в шкафу, упавший прямо в руки аудитории и никак не замеченный прессой.

Поздравляя «Вечернюю Москву», начальник города выступил с речью и, коротко остановившись на международном положении, доложил об успехах на вверенном ему участке, нечаянно показав полнейшую профнепригодность.

Бравируя парковочным оброком в ЦАО, мэр подвел базу: «ситуация зашла в тупик, скатилась в хаос, анархию, вседозволенность, центр просто парализовало. У нас не было другого выбора, кроме как ввести в центре платные парковки. Мы взяли на себя ответственность и приняли это решение».

Во-первых, хаос означает отсутствие ГАИ. Дороги находятся в ее ведении и если мэр не в состоянии заставить ГИБДД исполнять обязанности, то подлежит увольнению наравне с начальником придорожной полиции генералом Ильиным. Во-вторых, вседозволенность регламентируется рублем не по ставке оброка, а в соответствии со статьями КоАП и ПДД. В-третьих, для наведения порядка все законы уже давно написаны и надо лишь начать ими пользоваться. В-четвертых, центр ни в коем случае не парализовало. Разве что кортежу мэра стало трудней ездить, поскольку рядом таких же весомых, как он сам, еще несколько сотен и все с мигалками и каждому надо. В-пятых, ответственность они еще не взяли. Она настигнет несколько позже, при смене власти и по окончании летаргического сна прокуратуры. А вот решение действительно приняли, привычно кивнув не в ту сторону — Берлин, Нью-Йорк и Лондон. Хотя правильней кивать на Улан-Батор, Пхеньян и Могадишо. И через всю эту коллекцию скелетов из шкафа журналисты аккуратно переступили и не нагнулись присмотреться…

Кроме одобренной жителями города победы над центровыми москвичами, реформаторы одолели еще и экологическую проблему. Оказывается, для этого «были введены более строгие требования к бензину. Мы первые в стране ужесточили эти стандарты». Ну, с жестокостями они опоздали, и до них случалось, а вот про строгие требования и внезапный экологический результат —это еще один скелет из шкафа… Как раз последние два года в столице нарастает количество поддельного топлива, убивающего двигатели с одного раза. Беду назвали «масляной чумой» и компания «Shell» даже провела расследование, постигая массовую гибель столичных моторов и доказала, что виновато не масло, а бензин. Кстати, когда реформаторам захотелось ввести оброк, они оказались стремительны и изобретательны, а когда дело доходит до наших проблем они безрукие и недалекие… Дело в том, что проверять АЗС можно только после предварительного уведомления и не чаще одного раза в три года. И у реформаторов даже нет предложений, как тут быть… Собственность, законы —это же не ларьки сносить.

Что делать москвичам? «Набраться терпения». А потом? Реформы закончатся и мы получим город, в котором на Красной Площади вместо гостиницы «Россия» построено настоящее болото с камышами и лягушками, вместо шоссе пешеходные зоны, платные дворы, жизнь и парковка строго по прописке, в лесах Новой Москвы 50 парков и в полях офисы для «создания новых рабочих мест», а вокруг «привлеченные извне трудовые ресурсы»…