Автовладельцы в вечном долгу

Мы потихоньку переходим от рабовладения к феодализму и опасливо не признаемся, что забросив строительство коммунизма, в качестве альтернативы имеем лишь империализм, известный со школы под псевдонимом «загнивающий капитализм». Зато Конституцию мы себе до сих пор пишем на зависть недругам.

В любом году всякая статья гарантирует что угодно в оптимистичной иллюзии неизбежности… Мы замечательно написали себе Сталинскую 1936 года, потом мы ее успешно модернизировали к юбилею Октября 1977 года, а уж в 1993 и вовсе довели до товарного блеска. И ни разу не жили по основному закону и никогда даже не помышляли о написанном, понимая, что постоянно обещаемая власть народа невозможна вообще, а всякое равенство-братство даже требовать стыдно…

Мы знаем, что написанное становится сказкой, но не былью, и что вне зависимости от сути деклараций, обещаний и законов, главное не изменится никогда: государство не собирается служить народу и всегда будет управлять им. Год, век, князь, царь, генсек, президент, общественный строй могут измениться, отношение государства к людям – нет. Простой смертный в России слишком прост, заведомо смертен и сразу уценен. Гражданином ему не быть.

Посему имеем аксиому: мы для государства, а не государство для нас. Поэтому власть всегда диктует нам волю, обязательную к исполнению и, в зависимости от века, эпохи, строя, назначает суть обязательств: отработать, отдать, заплатить. Сегодня мы не буржуи и не должны сдавать государству «награбленное», как в 1917; не строители коммунизма и не должны строить Беломорканал, как в 1931; сегодня мы опять податное население, обязанное платить дань, как в IX веке. Управляя нами, государство определяет, кому и сколько мы должны. Наш интерес не учитывается, долг не подлежит сомнению, лишь оглашается воля, сумма и назначение. Возражения умиляют и не рассматриваются, иногда вызывая презрение.

Поэтому нам назначают ОСАГО, диктуют повышающие коэффициенты и прячут отделы выплат по дальним деревням; включают в каждый литр акциз и все время повышают цену топлива; диктуют таможенную ставку; поднимают штрафы, расширяют их спектр; вводят платную парковку; запрещают въезжать в собственный двор; в любом месте по своему усмотрению устанавливают запрещающий знак; назначают плату за проезд по дороге; а еще отбирают детей, выпускают Платона Лебедева из тюрьмы не в день официального решения, а неспешно, когда почта доставит конверт; придумывают новый номер экстренных служб 101 вместо постоянного, привычного и спасительного 01... Нас не спросили ни разу и ни по какому поводу. За нас все решили и спустили сверху к исполнению, как подчиненным…

И если страховщикам напомнить, что ОСАГО это не налог, а социальная поддержка населения, они даже не засмеются от изумления. Не случайно слово «выплата» они заменили словом «убыток» и рассказывают нам только об одном – о невероятной убыточности бизнеса, хотя это и не бизнес, порог убыточности для них определен законом в 77%, которые они обязаны отдать людям. Себе в карман они смеют положить лишь 23% РВД (расходы на ведение дел). А еще они имеют право на прибыль. Она не обязательна, но возможна в 5%.

И нас давно не удивляет, что когда в ДТП страдает техника, виновный платит штраф, но не потерпевшему, а государству. У людей беда и проблемы, а государство получает выгоду и отбирает деньги в свою пользу. А за средний вред здоровью при ДТП государство богатеет на 25 000 руб. в виде штрафа, а несчастный не получает ни копейки (КоАП 12.24.2).

И у нас принято делать вид, будто совершенно нормально, что за все десятилетия нынешней России мы не имеем методики определения морального вреда. И суд всякий раз назначает произвольную сумму, оправдывая ее смехотворность невозможностью вычислить нематериальный ущерб. Но когда надо придумать ставку штрафа, стоимости парковки, тарифа страхования, процент акциза, методик по которым тоже не существует, задержек не случается и сумма назначается сразу и в жутком объеме (откуда взялись 30 000 руб. за отказ от медосвидетельствования по ст.12.26.1 и 50 000 руб. за повторную езду в нетрезвом виде? Ст. 12.8.4.). В свою пользу государство действует без заминок и стеснения.

По факту государство перед нами обязательств не имеет вовсе, а мы перед ним имеем не одно, а даже два: платить и молчать. Платежеспособность плюс покорность. Но не всегда от нас нужны только деньги, нужны еще и жизни. Для их удобства… Сколько бы ни ужасались люди демонтажу центрального разделительного отбойника на Каширском и Варшавском шоссе в Москве, ответ один «Нам так удобней». И в качестве чуда, поскольку в нем ощущается попытка оправдаться – «Все согласовано». ГАИ, не замеченная в человеколюбии, честно сообщает – «Согласовано, но не с нами. Мы против. Демонтаж отбойника приведет к гибели людей. Человек по 50 в год». Ответ власти «Так надо». Если бы государство существовало ради соблюдения наших интересов, оно испугалось этой ошибки и, попутно увольняя виновных, бросилось чинить поломанное. Но у нас все наоборот – мы существуем для них, и если нас станет на 50 человек меньше, это не причина для волнения.

«Правительство забывает, что должно служить избравшему его народу, а не управлять им». Рональд Рейган. Примечательно, что без контекста фраза хоть и звучит, но не столь сильно, как ее задумал автор… «Огнестрельное оружие служит дополнительной гарантией и еще одним напоминанием, что народ и правительство — равноправны. И это напоминание приобретает особую актуальность тогда, когда правительство забывает, что должно служить избравшему его народу, а не управлять им»… Украинцы как раз сейчас пробуют напомнить государству, кто кому чего должен и где чей интерес…

…Визитная карточка нашего государства последние века: начальник, полицейский, чиновник, охранник, депутат, министр существуют для того, чтобы запретить. Американский, европейский полицейский, начальник, чиновник и любой иной представитель государства существует для того, чтобы разрешить.