На колесах истории

Под автомобильной экзотикой у нас все понимают что-то свое. Шире всего это понятие трактуют организаторы ежегодного шоу с тематическим названием «Автоэкзотика». Они допускают на поле Тушинского аэродрома любую технику, которая не ездит по нашим улицам каждый день. То есть если машина покидает гараж хотя бы раз в неделю и по ней успевают соскучиться владелец

Под автомобильной экзотикой у нас все понимают что-то свое. Шире всего это понятие трактуют организаторы ежегодного шоу с тематическим названием «Автоэкзотика». Они допускают на поле Тушинского аэродрома любую технику, которая не ездит по нашим улицам каждый день. То есть если машина покидает гараж хотя бы раз в неделю и по ней успевают соскучиться владелец и пешеходы на улице, она достаточно экзотична, чтобы показаться в Тушино. При этом экзотика подразделяется на «нашу» и «не нашу», на хорошо сохранившуюся и отреставрированную.

С чем не согласны многие владельцы «убитой техники», на содержание которой денег у них нет, а обладать и тем более выставляться очень хочется.


Фестиваль «Автоэкзотика» проводится уже девять лет. И своим постоянством и хорошей подачей себя в прессе она приучила людей к тому, что красивую машину можно купить или отреставрировать и для показа другим, а не только в порыве обожания. И поэтому с каждым годом на этом мероприятии появляется все больше и больше техники, которую люди покупали или восстанавливали в том числе и потому, что собирались обязательно выставиться с ней на тушинском летном поле.

Этот год получился очень русским. На фестиваль приехало столько наших машин, что волнение за утраченное Родиной потихоньку отпустило. Но вот что странно. Судя по участникам, больше всего наши соскучились по «Москвичам». Автомобили этой ныне несуществующей марки так долго были в истории страны, что ностальгия всколыхнула энтузиазм и народ бросился на реставрацию всего модельного ряда, начиная с самого первого «Москвича» и вплоть до модели 412. Более поздние еще не преодолели в сознании рубежа, после которого автомобили начинают любить безоглядно и забывают, сколько мучений пришлось от них вынести. От 2141 всех еще трясет, и обожать их никто не спешит.

Но при этом абсолютно не везет «Жигулям». Вроде бы по той же модели 2101, особенно мышиного серого цвета, за 35 лет можно было бы и соскучиться, а люди при этом лишь зверски тюнингуют свои «копейки» и даже не собираются признавать в них заслуженного ветерана, достойного музейного благоговения и сохранности.

Но вне конкуренции ЗАЗ-965. Как его любили с первого года выпуска, так и любят до сих пор. При этом издеваться над ним перестали, и на тушинском поле прекрасно отреставрированных «Запорожцев» было в достатке. Чего не скажешь о противном 968, который терпели от безысходности и любить который было не за что. Поэтому и на «Автоэкзотике» их не было ни одного в аутентичном виде, а только жестоко переделанные не очень умелыми руками хозяев, все еще не простившим их убожества.

А еще люди потянулись к грузовикам. Как бы ни старались мы сделать вид, будто давно стали автомобильной нацией в цивилизованном смысле этого понятия, на самом деле больше половины наших людей ездили, ездят и будут ездить на грузовиках.

В этом году на «Автоэкзотике» объявился «Москвич-410» в прекрасном состоянии с номерами Ростовской области. Это полноприводный седан высокой степени сохранности и не менее высокой степени реставрации. Автомобиль выпускался на своей агрегатной базе, хотя ему постоянно приписывают ходовую от УАЗа. Те, кому было не лень нагнуться, увидели гораздо больше интересного, чем остальные, реагирующие лишь на внешность. «Москвич-410» был знаменит интересными решениями полного привода, усиленными лонжеронами, про которые теперь говорят — развитая рама, и оригинальной передней подвеской.

Раллийный «Москвич-412Э». Это живое воплощение социалистического подхода к экономике. Автомобиль 1975 года выпуска. Но с задним «оперением», крышкой багажника и фонарями от 2140. Но таким его собрали на заводе. Просто АЗЛК постепенно переходил на новую модель и по мере освоения технологии добавлял к конвейерным машинам новые детали. Каких мучений стоило хозяину достать (в случае чего) мелкосерийную деталь, знают только его близкие и лечащий врач. Кроме отличий по кузову автомобиль интересен своей спортивной «начинкой»: настоящий каркас, раллийные приборы. Точно такие же машины снимались в фильме «Гонщики» с Джигарханяном и Леоновым.

К счастью, реставрация в России постепенно выходит на мировой уровень. Уже видны первые результаты, когда техника восстанавливается в полном соответствии с технологиями того времени, когда был выпущен автомобиль. Полуторка ГАЗ ММ-В 1942 года. Это военная машина, выпускавшаяся по упрощенной технологии. На ней много чего не было. Конструкторы отказались от правой фары, передних тормозов, дверей и жесткой крыши. Поэтому машина смотрится немного непривычно, но именно такой она была сделана на заводе. Уровень ее реставрации — невиданный! При этом на ней все детали, что называется, родные, вплоть до жиклеров карбюратора и 6-вольтового генератора. Даже шины. Сейчас уже почти никто не скажет, что за рычажки у этого грузовика на руле и сколько у него на самом деле педалей. Левый подрулевой рычажок — опережение зажигания. Правый — ручной газ. А на руле кроме гудка еще торчит скромный хвостик — это включение фары. А педалей — три. Правее «пятака» газа не педаль, а упор для кирзового сапога, чтоб не скользил. Кстати, «дворник» один, с вакуумным приводом, включается на рамке лобового стекла.

Наконец-то дождался своего часа и трудяга ГАЗ-51. На «Автоэкзотике» их было несколько, что само по себе говорит о ностальгии по машине, но кроме просто доживших до наших дней был один уже прекрасно отреставрированный. Кстати, было несколько не менее интересных полноприводных модификаций, которые назывались ГАЗ-63.

Весьма уместно на «Автоэкзотике» смотрелась самоделка, блистательный образец русской смекалки и грамотного обращения с автогеном «ВолгаРАФ». Это симбиоз двух автомобилей, полученный путем сваривания в единое целое универсала ГАЗ-22 и микроавтобуса РАФ-977. Сделали его в гараже в 1977 году, когда слова «минивэн» еще не было, а дизайн все еще оставался продажной девкой империализма. Но получилось с чувством и с пользой для семейного хозяйства.

Самый экзотичный на фестивале иностранный автомобиль — итальянский ОМ 665 Superba 1928 года выпуска. В те времена «Officine Meccaniche» из города Брешия была знаменитой фирмой и конкурировала она с такими блистательными соперниками, как «Alfa-Romeo» и «Bugatti», причем регулярно выигрывала у них разные гонки. В нашу страну уникальный ОМ попал потому, что его нынешний владелец, знаток и ценитель техники, собрался выступать на легендарной «Mille Miglia», для участия в которой полагается обладать достойным автомобилем. И чтоб не иметь проблем с допуском к старту из-за неподобающего возраста техники, был сделан безупречный ход — покупка раритета 1928 года с полностью легальной, достоверной и документально подтвержденной биографией.

Не менее блистательный и то же время впервые появившийся у нас в России автомобиль принадлежит тем же рукам, что и уникальный ОМ, это итальянский Lamborghini Espada 1973 года с кузовом от «Bertone». Слово «espada» в испанском языке означает клинок тореадора. Кроме технической смелости и качества воплощения Lamborghini Espada выделяется невиданным силуэтом. Это очень низкая машина (всего 1185 мм), зато длинная (4740 мм) и широкая (1860 мм). Такое смелое и в то же время бесшабашное отношение к пропорциям мог себе позволить только настоящий мастер. И в результате машина получилась красивой настолько, что ее черты не потускнели с годами. И, кстати сказать, она имеет четыре полноценных взрослых места.

Дважды интересный экспонат — Dodge 3/4, тот самый, американский ленд-лизовский внедорожник 1944 года выпуска. Он не реставрирован, а просто хорошо сохранен. Приехал своим ходом из Польши, перед тем служил в Греции на американской военной базе. Его хозяин живет в Кракове, но при этом отлично говорит по-русски. В конце XIX века русский царь сослал его семью в Томск. Но в 1920 году Феликс Дзержинский организовал возвращение ссыльных поляков на родину. С тех пор в его семье принято хорошо говорить по-русски. На всякий случай. Даже непонятно, кто интересней — человек или его автомобиль. Кстати, редких Dodge было два. Еще один спрятался в дальнем ряду, но выглядел по-сиротски, так и не отдышавшись после войны.

В кои-то веки на людях появился автобус Land Rover 1968 года выпуска, отчасти известный под псевдонимом Forward Control. Их выпустили так мало (всего около 2000 экз.) и с таким разрушительным для самой фирмы напряжением, что в автомобильной истории от них почти не осталось и следа и уж совсем не осталось запчастей. Двигатель у него V8, бортовая сеть на 24 вольта, кузов алюминиевый на невиданной по прочности раме. Конкретно этот экземпляр еще не реставрировался. С него только смыли восемь слоев краски и поменяли прокладку головки блока. Как и полагается раритету, у него трудная биография. Изрядно послужив в английском экспедиционном корпусе, непонятно по какой НАТОвской надобности расквартированном в Германии в роли передвижной радиостанции (автобус с левым рулем), он был демобилизован и отдан местной церкви, которая, сполна насладившись его проходимостью и простотой, подарила его нашей православной церкви. По России он несколько лет развозил религиозную литературу.

Из совсем замученных, но зато попавших в трепетные руки и потому получивших шанс на возрождение, особенно увлекательно смотрелся запущенный донельзя простейший микроавтомобиль Kleinshnittger FT125. В разоренной войной Германии герр Кляйншниттгер выпускал их всего с 1951 по 1955 год. Сделал меньше 3000 штук. Двигатель у автомобиля мотоциклетный, объемом 125 «кубов». Говорить о его мощности можно только скромно потупив взор, поскольку даже по паспорту она не превышала 7 л.с. Этот экземпляр был куплен для НИИмотопрома, и в Серпухове его пристально изучали, пытаясь смастерить мотоколяску для инвалидов. К счастью для инвалидов, у них ничего не получилось, поскольку герр Кляйншниттгер свою машину делал для очень здоровых и молодых людей, которым надо было не к врачу, а с девушкой на природу. Но инженерная простота и конструктивная незатейливость машины действительно могли послужить образцом. Кстати, никаких подкрылков изделию не полагалось, и грязь из-под колес летела на двигатель и вообще во все стороны. Нашим инженерам это явно понравилось.

Как и полагается, Opel Olimpia 1938 года никто за иномарку не признавал. Большинство видели в нем «Москвич-400» и проходили дальше. Но тем интересней к нему приглядеться. Тем более что их на «Автоэкзотике» было несколько и все разные. Один показывали во фронтовой раскраске и немецком антураже: с немками и немцами в военной форме, с оружием и атрибутами войны. Причем этот экземпляр был заметно потрепанный, двухдверный, на рессорной подвеске спереди и со светомаскировкой на фарах. Второй — отреставрированный кабриолет, выкрашенный в два цвета, черный и бежевый. Блеск, красота и невысокая степень аутентичности, плюс очевидные москвичовские детали.

На фоне бешеного цветового разнотравья многочисленных Volkswagen Cafer своей угрюмостью выделялся военный KDF 1941 года. Это как раз прародитель мирных «Жуков». Как всякий военный образец, он по возможности упрощен, неласково покрашен во что-то темное, хотя, как ни старайся, воевать на такой машине толком не получится. Но как исторический образец — интереснейший экспонат!

Самым удивительным иностранным грузовиком была пожарная машина на базе американского International Harverster B-120 1962 года с подключаемым полным приводом. Как и полагается, перед тем как попасть к нам, он изрядно поездил по миру. Родился в США в качестве пикапа. Потом попал в Швецию, где в нем признали грузовик и своими силами превратили в пожарную машину. В этой роли он работал до 1995 года, пока шведы не вздумали подарить его нашим. Видимо, они посчитали уместным сделать вид, будто автомобиль такого возраста — достойная гуманитарная помощь для страны, разоренной перестройкой. И грузовик попал в пожарную часть №3 города Костомукша (Карелия), где он неплохо послужил до 2003 года. Но и этот долгий путь не сломил американский автомобиль и не успокоил русских. Автомобиль еще несколько раз перепродали, по пути перекрасив и поломав, но зато теперь он попал не на изнурительную работу, а на почетную пенсию, которая началась с реставрации и поездки на «Автоэкзотику».


None